Книга На отшибе сгущается тьма, страница 76 – Амалия Лик

– Я тоже сбежал из дома. Давно. Отчим бил меня. Сильно. И постоянно. – Слова сами слетели с губ. Она всхлипнула, но в ней зажегся интерес и даже надежда.

– Ты не похож на того, кого можно обидеть, – тихо сказала она, и я заметил легкую тень улыбки.

– Это только с виду. Перелезай обратно, мы что-нибудь придумаем.

– Не могу. – Она переступила с ноги на ногу и пошевелила пальцами, словно пробовала, как это – отпустить перила.

– Я помогу тебе, обещаю. Начнешь новую жизнь.

– Спасибо. Но единственное, чего я хочу, – исчезнуть, – сказала девушка и разжала пальцы одной руки. Я подскочил к ней и успел схватить за тонкое запястье.

– Тогда почему еще не спрыгнула? – усмехнулся я. – Ждала зрителей?

– Нет, – искренне ответила она. – Меня держит только одно сомнение, только один человек, ради которого я прожила последние четырнадцать лет.

– Тебе всего четырнадцать? – удивился я.

– Нет, мне больше, – улыбнулась она. – А вот моей сестре…

– Так, – я потянул ее к себе. Она была легкой, и я без труда перетащил ее через перила. – Я помогу тебе исчезнуть, если ты пообещаешь остаться со мной.

Она испуганно взглянула на меня, вырвалась и сделала несколько шагов назад. Резко посмотрела мне за спину, туда, где была река.

– Нет, нет, это не то, что ты подумала, – начал я смеясь. – Я не причиню тебе вреда, я всего лишь хочу помочь начать все сначала. У меня тоже была сестра, примерно твоего возраста. И… вы похожи, – я показал на своем лице то место, где у нее был шрам.

Она потрогала его и опустила взгляд.

– И что с ней? С твоей сестрой? Где она?

– Она умерла, – ответил я и пошел к машине, кинув, не оборачиваясь. – Если ты хочешь исчезнуть не для себя, а для других, то поехали со мной. Тебя никто и никогда не найдет. Я обещаю, никто и никогда тебя больше не обидит.

Я сел за руль и ждал, внимательно наблюдая за ней через лобовое стекло. Она подошла к перилам и посмотрела на реку. А потом развернулась и пошла ко мне. Это был знак судьбы, послание, которого я так долго ждал. Теперь я знал, что должен был сделать и к чему все шло.

* * *

Ален смотрел на стройную девушку, с виду чуть старше Иллаи. На лице были старые шрамы от порезов, и один из них неровно проходил по верхней губе, делая ее асимметричной. Пряди волнистых светлых волос падали на лицо, а глаза, карие глаза, были точно такие же, как у Иллаи.

Ален посмотрел на Иллаю, она поджала губы и чуть улыбнулась.

– Ты Сирена? – непонимающе спросил Расмус. – Сирена Роттер?

– Я давно хотела вас познакомить, но все не решалась, – тихо ответила Иллая.

– Но ты же умерла! Я видел твою могилу.

– Мы тоже видели, – сказала Иллая. – Поехали туда сразу же, как ты мне сказал, что моя сестра умерла и у нее есть могила. Но ты же ее тоже видишь?

– Вижу, – кивнул детектив, сжимая ствол во влажных ладонях.

– Опусти пистолет, Ален. Мне терять нечего. А твоему будущему ребенку нужен отец, – сказала Сирена серьезно.

– Я опущу, но больше никаких снотворных и транквилизаторов. – Он посмотрел на Иллаю, потом на ее сестру.

– Ты приехал один? – спросила она.

– Да.

– Глупо с твоей стороны, – усмехнулась Сирена.

– Да.

– Ты нас не арестуешь. Ты же это понимаешь? – Девушка все еще направляла на него дуло пистолета.

– Понимаю, – ответил Расмус и опустил ствол.

Он посмотрел на Иллаю, и внутри смешались такая нежность и обреченность, что трудно было дышать. Ален опять ничего не понял, вновь подвел ее. Даже зная о ее детстве, о том, какими были их родители, он не допускал мысли, что Сирена жива и что Иллая не сошла с ума. Проще было поверить, что она общается с призраком, чем услышать ее.