Книга На отшибе сгущается тьма, страница 128 – Амалия Лик

Нэнси провела их на минус первый этаж и открыла ключом дверь архива. Просторная комната была заставлена металлическими стеллажами с коробками и заполнена спертым запахом старья. Женщина включила свет.

– Стеллажи нумеруются по пятилеткам, а коробки в алфавитном порядке, – пояснила она.

– У вас тут такой порядок, – удивилась Ида. – Я как-то была в архиве нашего управления, и, честно, там ничего не найти без помощи.

– Сейчас я заведую архивом, и я люблю порядок, – гордо ответила Нэнси, а Ален раскусил Иду, которая поняла свою ошибку и теперь делала все, чтобы расположить к себе женщину.

Нэнси прошла к одному из стеллажей и вскоре вернулась с небольшой коробкой.

– Так никто и не забрал, – грустно сказала она. – Я имею право утилизировать вещи через пять лет хранения, но мне жалко, да и места у нас хватает. Вот и храню все это.

– Вы золото, Нэнси. Может, вы к нам в управление переведетесь? – улыбнулся Расмус.

– Нет, нет, милый. Тут мое царство, а там я буду никем.

Пеппер взяла коробку, Нэнси достала из кармана платья канцелярский нож и протянула ей.

– Лучше не буду. Нужно надеть перчатки, а у меня нет с собой. Если, конечно, в вашем кармане и они есть, и мешочки под вещдоки.

– Ой, я и не подумала. Не, перчатки и все такое я не ношу. Ну тогда ладно, – она спрятала нож.

Детективы подписали бумаги и отправились к больнице. Их проводили в морг, где Пальт занимался телами. Ален постучал в дверь, и вскоре коронер вышел к ним, стягивая маску.

– Мы все забрали из участка. Даже нашли коробку с вещами Роттер.

– Давайте ее мне. Ассистент все упакует как положено.

– У тебя что-то есть?

– Да. Предполагаю, что это было убийство. Я обнаружил на черепе след от удара.

– Но она упала с моста и могла удариться о камни или еще обо что-то.

– Могла. Но если сопоставить все, что я обнаружил, и то, что указано в отчетах, а еще фотографии – слава богу, их сделали и не уничтожили, – то я могу предположить, что ее убили. Потому что падала она не головой вниз, и вероятность именно такого удара при падении минимальна. Я бы даже сказал, почти невозможна, что подтверждают синяки и ссадины на ее теле, по снимкам. Как это проглядел коронер, который осматривал ее тело, я не знаю.

– Все считали это самоубийством.

– Да, девочка, которая весила сто шесть фунтов, насобирала камней весом больше, чем сама, затащила их на мост, привязала к ногам и бросила их с моста. И это еще не все. У меня пока нет этому объяснений, но что-то с этим телом не так.

– В смысле? – спросила Ида, а Ален задержал дыхание.

– Насколько я знаю, эту девочку все детство бил отец. Также в медкарте есть данные о переломах. Но на этих костях нет переломов. Я ничего не понимаю, – Фил оттянул край специального костюма, словно ему было душно, хотя в морге стоял еще тот холод.

– Как это нет? – Ида нахмурилась и взглянула на Алена, который тоже попытался изобразить удивление.

– Вот так, – буркнул Пальт. – Я позвонил коронеру, который делал вскрытие. Вот буквально несколько минут назад. Он, кстати, сказал, что вы с ним уже общались.

– Да. Но он ее даже не помнит.

– Ну, я освежил ему память. И он мне рассказал занятную историю. Его вызывают сюда крайне редко. И в основном для того, чтобы получить его закорючку. Вскрытие он делал, но старался быстрее закончить. Взял анализ крови, но самый простой и общий. К работе своей отнесся, мягко говоря, халатно, – негодовал Фил. – Когда его вызвали, все были уверены, что это Сирена Роттер и что она покончила с собой. Он сказал, что у него были вопросы, но полиция и слушать не хотела. Девочка была из неблагополучной семьи, и никто не удивился, что в ее крови был найден алкоголь. Много алкоголя. Но это только подтвердило уверенность, что это Сирена Роттер и что она сиганула с моста.