Книга Призраки затонувшего города, страница 111 – Елена Асатурова

– Только сначала мы должны забрать ее на экспертизу. – Я был вынужден немного огорчить разволновавшегося священника. – Обещаю, что мы сразу сообщим вам о результате. А вам стоит по своим каналам договориться, чтобы потом икону вернули сюда, в эту часовню.

– Это будет справедливо, – заметила Кира. – Ведь сестра Феоктиста хотела сберечь этот образ для возрожденной обители.

– Кира Юрьевна, а откуда вам так хорошо все известно про эту монахиню и родословную Кругловых и Полежаевых? – спросил Курочкин.

– А вы поговорите с бабушкой Матвея и Вари, она во время войны была свидетелем встречи Игнатия Полежаева и Елизаветы Меркушиной. – Кира улыбнулась. – И кстати, ее рассказ подтвердил еще одну мою догадку. Жаль, что уже нельзя сделать экспертизу ДНК Ивана.

– Это еще зачем? – пришла моя очередь удивляться. – Очередная загадка?

– Олег Круглов и Иван Полежаев были двоюроднымибратьями. У них общий дед. После встречи с Игнатием Елизавета забеременела, у нее родилась дочь Оленька, которая вышла замуж за Владимира Круглова. Получается, что мать Олега и отец Ивана – единокровные брат и сестра. Мне давно казалось, что они похожи, но борода и усы Олега мешали увидеть это фамильное сходство.

– Ничего себе! Вот это «Санта-Барбара» получается. – Славка по привычке взъерошил свои вихры. – Выходит, брат брата убил.

– Как Каин Авеля, – глубокомысленно добавил священник и перекрестился.

– Игорь, давай осмотрим еще раз дом Ивана, – попросила Кира. – Может, мне удастся найти хотя бы следы от оригинала портрета.

– А мы поищем образцы для анализа ДНК, – добавил Курочкин.

Так мы снова оказались в доме рыбака. Было немного не по себе рыться в его вещах, зная историю, в общем-то, благородного поступка. Но ничего похожего на холст мы не нашли. Изъяли только расческу с волосами Полежаева для экспертизы. Кира задержалась в чулане, присела на корточки, что-то внимательно рассматривая.

– Это прикормочный кораблик, – с видом знатока сообщил Слава, любуясь деревянным сооружением.

– Тут другое. – Кира подняла что-то с пола и протянула мне на ладони. – Посмотрите, какой интересный гвоздик. Это ручная ковка с квадратным сечением. Их использовали более ста лет назад для крепления холста к подрамнику. Очевидно, у художника были такие из старых запасов. Я крепила копию современными, но немного похожими. Знаете, что сделал Иван? Он снял портрет и натянул его на свою обманку, а гвозди использовал те же. Вот один упал и закатился под эту конструкцию. Ивану не нужен был портрет, только икона. И он наверняка рассчитывал, что подлинник картины усыпит бдительность Круглова. Экспертиза портрета, изъятого в аэропорту, сможет это подтвердить.

– Я пока этот гвоздь оформлю как вещдок. – Курочкин осторожно взял его и вышел, оставив нас одних.

– Ну вот и все, конец истории. – Кира стояла, глядя на меня снизу вверх. В ее глазах не было торжества от совершенных открытий. Была печаль и вопрос. Надеюсь, я прочитал его правильно.

– Прости меня, пожалуйста, любимая. Наша история только начинается, – прошептал я и приник к нежным полуоткрытым губам…

Сентябрь 2018 года

Вжух… чпок… тыгыдык…

Мое утро уже месяц начиналось с таких волшебных звуков, доносящихся с кухни. Это Савельев кормил Нельсона завтраком: как только он открывал пакетик или баночку с паштетом, хитрый кот, который до этого крепко спал, незамедлительно оказывался около своей миски и, громко мурлыча, терся об ноги хозяина.