Книга Проклятие покинутых душ, страница 104 – Елена Асатурова

В соседней комнатке был оборудован биотуалет и раковина с рукомойником.

– Да здесь настоящее убежище, – поразился Кряжин. – И смотри, воздух-то нормальный, сырости нет. Вентиляция хорошая, сделано на совесть.

Продолжая обследовать подвал, мы нашли еще две запертые комнаты, проникнув в которые, испытали шок. В одной на матрасах лежали трое мальчишек. Их так же, как и Лизу, связали и засунули в рот кляпы, чтобы не кричали. Один, истощенный, со следами истязаний, был без сознания.

– Это Семен, – опознал его Кряжин, – по осени еще пропал. Давай-ка возьму мальчонку, надо его срочно к медикам поднимать.

Двое других, Филипп и Тимур, держались молодцом. Несмотря на отсутствие видимых травм, ребят тоже отправили в больницу. В любом случае им понадобятся осмотр и помощь психологов.

Но спросить я все-таки успел:

– Парни, вы можете описать того, кто вас сюда затащил?

Тимур его почти не разглядел, да и видел в темноте.

– Зато я ему руку до крови прокусил! – похвастался он.

А вот Филя, как оказалось, провел почти все время в одной комнате со своим похитителем. Но твердил одно:

– Он очень страшный. У него лицо как маска монстра. Я старался на него не смотреть.

Мальчишек увезли на «Скорой», а нас ждали еще более ужасные находки.

Когда вскрыли одну из дверей в самом дальнем конце подвала, кто-то выругался отборным матом, а один молоденький опер потерял сознание. На посыпанном песком полу были останки детей. Часть давно мумифицировалась.

Наши предположения о серийном похитителе и убийце подтвердились. Но кто он, этот монстр, и как ему удавалось столько лет жить в этом подвале? Эти вопросы мы задавали друг другу, но не находили ответов.

Мартынов отвел меня в сторону.

– Игорь, мы нашли сумку Сугробова, в ней оказался читательский билет из библиотеки. Думаю, в ней был и маскарадный костюм, в котором он собирался на бал. Тот, кто здесь жил, и тот, с кем ушла Кира, это один человек. Наш маньяк.

Уточнения были излишни. Нам предстояла бессонная ночь в поисках Киры. Но где ее искать?

26 декабря 2018 года

Ладожск

Утро началось с новостей.

Из больницы сообщили, что с детьми все в порядке, только Семена пока оставляют для восстановления и лечения. Лизу и остальных мальчишек Нина забрала домой, убедив врачей и заведующую, что Филе и Тимуру пока лучше не возвращаться в детский дом.

Сугробов впал в кому, и прогнозы медиков были неоптимистичными.

– Хотя организм у него крепкий, спортивный, – сказал врач. – Может, справится.

Было чему удивиться: Сугробов, тихий нелепый учитель, – и спортсмен? Чего еще мы о нем не знаем?

Ингу очень заинтересовали рисунки, найденные в подвале. Она решила показать их психологу, работающему в детском доме.

– А ведь мне попадалось что-то похожее, – воскликнула та. – Не у моих подопечных, а в архивах. Сейчас поищу.

Нужная папка нашлась довольно быстро. Рисунки в ней были удивительно похожи. Те же краски, те же сюжеты. А в уголке каждого листка подпись: «Вадим Кротов».

– Все, что мы знаем о нем, совпадает с составленным мной психологическим портретом. – Инга была уверена, что мы не ошибаемся, и наш маньяк – это сын Анны Михайловны Кротовой.

– Неужели она прятала своего сына в подвале все эти годы? В голове не укладывается. – Даже опытный Березняк не мог скрыть удивления.