Книга Искатель, 2004 № 05, страница 70 – Журнал «Искатель», Андрей Ивахненко, Андрей Дышев, и др.

— А вы, оказывается, хам, — произнесла Ольга Андреевна, глядя на меня, как мне показалось, с обнадеживающим интересом.

— Значит, вы не хотите проводить меня к Белоносову? — уточнил я.

— Скажите, а вы случайно не страдаете синдромом навязчивых идей?

Я улыбнулся. У Ольги Андреевны было хорошее чувство юмора, она замечательно владела собой, и вообще она была конфетка. Но я, как Сергеич, не мог избавиться от набившего оскомину чувства долга и не стал предлагать химице провести вечер в ресторане на берегу моря. Я долженбыл довести дело до конца. Как любят говорить журналисты, расставить все точки над «i».

Повернувшись, я вышел из тренерской и с силой захлопнул за собой дверь.

Чтобы ненароком не придавить кого-нибудь в тумане, я пошел к дому Белоносова пешком. На центральной улице я уже неплохо ориентировался, несмотря на то что видимость по-прежнему сохранялась на расстоянии метров десяти, вдобавок сгущались сумерки.

Как к себе домой я зашел во двор Белоносова, поднялся по ступенькам к двери с латунной табличкой и надавил кнопку звонка. Постоял полминуты и позвонил еще раз.

— Белоносов! — крикнул я. — Я к вам с доброй вестью! Не надо прятаться, я знаю, что вы дома!

Несмотря на данный мне природой талант убеждения, дверь никто не открыл, из дома не донеслось ни звука, а в темных окнах по-прежнему не горел свет. Зато я опять заметил, как на втором этаже дрогнули жалюзи, словно кто-то наблюдал за мной, чуть оттянув книзу рейку.

— Первый раз встречаюсь с таким тупым учителем! — пробормотал я и обошел дом по периметру, глядя на окна и крышу. Вывод, который я сделал, был необыкновенно прост и однозначен: проникнуть внутрь без автогена или тротиловой шашки было невозможно. Но отступление не входило в мои планы.

Я встал у торца и внимательно посмотрел на крышу. Нет, через печную трубу, уподобляясь Волку из «Трех поросят», я забираться в дом категорически отказываюсь. А вот через чердак можно попробовать. Чердак, конечно, здесь символический, так как крыша образует весьма тупой угол. Зато есть маленькое треугольное окошко — единственное во всем доме, не закрытое решеткой.

Я поплевал на ладони, подошел к стене и, подпрыгнув, зацепился за чугунный завиток решетки первого этажа. Подтянулся, закинул на завиток ногу, выпрямился во весь рост и ухватился за решетку второго этажа.

— Белоносов, поднимите хотя бы жалюзи! — крикнул я и, просунув руку между чугунных прутьев, постучал в стекло. Готов подтвердить под присягой, что жалюзи опять дрогнули.

Я начал злиться. В то же время мне хотелось смеяться. Удивительно трусливый попался мне учитель! Я еще раз — значительно сильнее — постучал в стекло.

— Белоносов! Я частный детектив Кирилл Вацура! Мне известно имя настоящего убийцы. Вам нечего бояться, у меня есть все доказательства вашей невиновности! Давайте нормально поговорим, я не могу долго висеть на решетке, как сосулька!

Черт бы его подрал! Физрук продолжалприкидываться пустотой, хотя я отчетливо услышал, как где-то в глубине дома скрипнула дверь. Допускаю, что это могла быть кошка или собака. Но кто же, в таком случае, теребил жалюзи на уровне человеческого лица?

Что ж, пеняй на себя! Призвав в помощники данное мне природой упрямство, я ухватился за водосточный желоб, идущий по краю крыши. К счастью, он выдержал все девяносто килограммов моего тренированного тела, которое я благополучно закинул на крышу. Уподобляясь обезьяне, на четвереньках добрался до торца крыши, где торчал жестяной петушок, и свесился с него, словно язык колокола. Мои колени как раз оказались на уровне треугольного окошка. Я качнулся, и стекло, лопнув, вместе с рамой влетело внутрь чердака. Я качнулся еще раз и прыгнул в проем, который оказался несколько маловат для меня, и я здорово ободрал руки и щеку о ржавые гвозди. Растирая ладонями кровь, я сидел на деревянном настиле и озирался по сторонам. Чердак действительно был очень низкий — в полный рост не встанешь. Его дальний угол был завален старым сеном, пыльным и уже лишенным аромата. По бокам, на стропилах, висели мотки веревок, удочки со спутанной леской, рама от детского велосипеда и помятые ведра. Не через окно же заносили все эти вещи?