Книга Искатель, 2004 № 05, страница 23 – Журнал «Искатель», Андрей Ивахненко, Андрей Дышев, и др.

— Как это случилось? — спросил я глухим голосом.

— Заклинило двигатель и заблокировало колеса. Резкое торможение, занос на обледеневшем асфальте и лобовой удар в бетонный бордюр… Если бы он успел выжать сцепление, то ничего бы не было… Но, видимо, все произошло в одно мгновение.

— А почему заклинило двигатель?

Женщина вздохнула, подошла к металлическому столу, взяла черный от нагара поршень и снова кинула его на стол. Грохот показался мне просто невыносимым. Женщина, привыкшая работать с металлом и битыми машинами, не понимала, что шуметь в этой обстановке не следовало бы. Интересно, а как она ведет себя со своим мужем?

— Честно говоря, я не могу точно сказать, что случилось, — сказала она с хорошо заметными нотками агрессивности. Так обычно ведут себя опытные специалисты, когда чувствуют, что их профессионализм может подвергнуться сомнению. — Ничего подобного я еще не видела. Посмотрите на кольца поршня. Видите этот нагар? Я его зубилом сколоть не могла. Твердый, как железо!

Я подошел к столу и склонился над поршнем. В цехе было довольно темно, и все же я разглядел пенистое черное образование, застывшее на маслосъемных кольцах. Оно чем-то напоминало комок пористого шлака. Я провел по нему пальцем. Поверхность на ощупь была похожа на пемзу.

— Откуда это?

Женщина взяла у меня из рук поршень и стала рассматривать его с такимвниманием и интересом, словно видела впервые.

— Надеюсь, вы знаете устройство двигателя внутреннего сгорания? Так вот представьте, как в цилиндры поступает масло. При движении поршня вверх оно заполняет все пространство в цилиндре, а затем, когда поршень идет вниз, снимается кольцами. Вот именно этими кольцами…

Она постучала пальцем по шлаку и с многозначительным видом посмотрела на меня. Я понял, что она ждет, когда я сам сделаю вывод.

— Никогда не мог подумать, что от масла может образоваться такой нагар, — признался я.

— Вот-вот, — произнесла женщина и щелкнула по шлаку ногтем. — Конечно, это не масло.

— А что? — немедленно спросил я.

Она отвела взгляд и пожала плечами.

— Что-то углеродное… Вы не пытайте меня. Я повторяю, что за всю свою многолетнюю практику ничего подобного не видела… Может, это какое-нибудь «левое» синтетическое масло, которое при разогреве дало такую необыкновенную реакцию.

— «Левое» масло?

— Ну, да! — неуверенно ответила женщина, разглядывая поршень со всех сторон. — Хотя… хотя в это трудно поверить… Это какое же оно должно быть «левое», чтобы оставить такой нагар!

Она вынула из кармана отвертку и попыталась расковырять шлак.

— Что-то стекловидное… Хрупкое, но в то же время очень твердое… Возможно, эта гадость попала в цилиндры вместе с нормальным маслом, а потом резко увеличилась в объеме и застыла. Поршень буквально увяз в ней, как в смоле.

— Что же это за гадость? — донимал я.

— Да я могу ошибаться, дорогой мой! — взмолилась женщина и снова кинула поршень на стол. — Может, это какая-нибудь краска! Может, герметик. Да мало ли какое инородное вещество может попасть в систему смазки!

— Но вы же проводили экспертизу! Вы должны знать точно, что это за вещество!

— Правильно, — ответила женщина с вызовом и подбоченилась. — Я провела экспертизу и выяснила причину аварии. И доложила об этом в ГАИ. Могу повторить свой вывод! Это непредвиденная блокировка ведущих колес, возникшая в результате заклинивания поршней из-за избыточного количества продуктов сгоревшего масла. Вот и все, дорогой мой! Нечего на меня бочку катить!