Онлайн книга «Искатель, 2005 №2»
|
Они сели в машину, и Мулько, запустив двигатель, тронулся в путь …Тарасов дожидался их в условленном месте и, сидя за рулем бледно-голубой «Волги», как всегда, курил. Мулько открыл перед Юлей заднюю дверцу, сам устроился на переднем сиденье. — Вот что, Саня, — сказал он. — Отвези эту барышню к нам на квартиру и дожидайся моего приезда. Девочку как следует покорми, если захочет спать — уложи. — Мулько обернулся назад. — Юля, твоего телохранителя зовут Саша. Прошу любить и жаловать… Мы, тезка, управиться постараемся быстро. — Кто это «мы»? — Лишний вопрос, лейтенант. Действуй! Усевшись за руль «Фольксвагена», Мулько достал из бардачка ручку и листок бумаги. Передал их Храмову. — Пиши, Вадим, — приказал он. — Что писать, Александр Иванович? — Я тебе сейчас продиктую. Значит, так, шапка: «Начальнику УФСБ по республике… генералу…» Написал? Теперь дальше: «Расписка. Я, Храмов Вадим Семенович, такого-то числа, месяца, года рождения, проживающий в настоящий момент по такому-то адресу, сегодня, — укажи время, Вадим, — поставлен в известность о том, что полученные мною сведения являются частью государственной тайны и не подлежат разглашению в течение времени, определенного действующими инструкциями. В случае, если имеющаяся в моем распоряжении информация станет достоянием гласности по моей личной инициативе, действия мои могут быть и будут квалифицированы как измена Родине, за что я понесуответственность в установленном законом порядке. Время, дата, подпись, расшифровка подписи». Закончил? Поставив последнюю точку, Храмов передал листок Мулько. — Какая сейчас ответственность установлена за измену Родине? — спросил он. — Какая и была. Это — смертная казнь, Вадим. — Но она отменена давным-давно! — Не волнуйся, в твоем случае ее легко применят снова. — Мулько посмотрел на Храмова взглядом, от которого у учителя по спине пробежал холодок. — И будет это выглядеть как несчастный случай или что-то похожее, не вызывающее скользких вопросов. Поэтому не болтай. — Какую же такую сверхсекретную информацию я успел получить сегодня? — Пока никакой. Но ты ее получишь совсем скоро. Ну, с Богом! …Через несколько минут Мулько сворачивал во двор здания на Булаке, в котором располагался офис «Ассоциации помощи воинам-интернационалистам». Выйдя из машины, Мулько достал из багажника сумку с собранным сегодня в квартире Храмова прибором. Кивком головы приказав учителю двигаться следом, Мулько подошел к железной двери, два раза требовательно позвонил. — Кто? — прокаркал встроенный в дверь динамик. — Шамиль Юнусов. Президент ассоциации инвалидов-афганцев. Офис двести четыре. — Который час, знаете? — Знаю… Откройте, ребята. Забыл сегодня документы, а через два часа самолет. Без этих бумаг командировка теряет всякий смысл. Пожалуйста… — О-хо-хо! — вздохнул динамик и отключился. Через минуту стальной язычок замка щелкнул, дверь открылась. — Что это сегодня всем бумага понадобилась? Вам бы только людей по ночам… Охранник не успел ни договорить фразу, ни хоть что-то осмыслить из происходящего, потому что Мулько одним коротким, легким тычком заставил тяжеловесного секьюрити свалиться без сознания к своим ногам. — Проверь второго, Вадим, — приказал Мулько, вытаскивая из штанов мирно сопящего детины узкий ремень. — Только тихо. |