Книга Искатель, 2005 №2, страница 70 – Андрей Ивахненко, Василий Воронцов

«Раз ОМОН, значит, по «02» сообщили, что убийца все еще в доме, — подумал Мулько. — Слишком рискованно, а поэтому неумно. Предположим, не успел «убийца» очухаться от удара. Что тогда?»

Повернув за угол, он махнул рукой такси.

«Итак, убит Геннадий Евгеньевич не из табельного ПМ, — рассуждал Мулько. — Убийство, скорее всего, совершено до моего появления в доме. Получи он пулю в то время, пока я находился без сознания, он получил бы ее там, где меня оглушили. И убийце незачем было бы переносить мое бесчувственное тело в другую комнату, поближе к трупу. Ну, а трогать труп он вообще не имел права, так как этим самым тотчас снял бы с майора Мулько все подозрения. Тогда зачем ему понадобилось забирать «Макаров»? Хотя ответ здесь очевиден…»

Стемнело. Канареечного цвета «Волга» двигалась по залитым ночной иллюминацией улицам Ясноволжска. В открытые окна машины врывался сухой, теплый воздух сентябрьского вечера.

Таксист по просьбе Мулько уже больше часа кружил по городу. Майор то и дело оборачивался назад, пытаясь определить, кто его «ведет». В том, что на хвосте обязательно должен кто-то сидеть, Мулько не сомневался.

Наконец он высчитал своих преследователей. Вели его две машины — красная «девятка» и синий «Москвич». Обе, конечно же, снабжены переговорными устройствами. Когда «Москвич» сворачивал на прилегающую улицу, его место в потоке автомобилей занимала «девятка». Какое-то время спустя, чтобы себя не обнаружить, водитель «девятки» сообщал напарнику свои координаты, рекогносцировка проводилась снова, и так из раза в раз, этап за этапом. Работали они вполне профессионально, хотя, как сказал бы Мулько, «без души». Не было в их действиях некоего лихачества, задора, какими сам майор нередко себя баловал, когда ему приходилось вести объект.

Мулько попросил водителя остановить у ближайшего бара, расплатился и, выйдя из такси, спустился по ступенькам в погребок. Синий «Москвич» остался «караулить» его чуть поодаль.

Посетителипочти отсутствовали. Всего несколько человек сидели за столиками да две парочки на пятачке слева от стойки исполняли танец под заунывную мелодию старого блюза. Бармен, которому нечем было заняться, разгадывал кроссворд у себя за стойкой, рядом неслышно работал телевизор.

Мулько подошел, устроился на высоком табурете, заказал рюмку коньяка. Он расположился таким образом, чтобы в поле видимости попадали входная дверь и большая половина зала. К тому времени как Мулько осушил рюмку, музыка стихла, танцующие заняли свои места за столиками. Майор поинтересовался у бармена, когда начнется выпуск региональных новостей, и тот молча переключил программу, предварительно увеличив громкость.

«…знают все, — прозвучал голос Маргариты Суворовой. — Происходящее сегодня начинает наводить на мысль, что на дворе опять девяностые. Снова гремят взрывы, раздаются выстрелы, снова гибнут люди. Как известно, война — последнее средство дипломатии. Когда соперничающие стороны не могут договориться полюбовно, начинает литься кровь, и последние события — наглядное тому подтверждение. Да, криминальные структуры развязали в городе войну за передел собственности. Да, борьба за сферы влияния достигла наивысшей отметки, и как долго она продержится на этом рубеже, никому не известно.