Книга Мы раскрываем убийства, страница 95 – Ричард Томас Осман

– Великолепно, – отвечает Эшли.

– Во-вторых, цвет, – продолжает Хэнк. – Простите, Эшли, я вас не задерживаю?

– Ничуть, – говорит Эшли. – Мне нравится говорить с вами о яйцах, мистер ван Вин.

– Итак, цвет, – рассказывает Хэнк. – Британцы часто ошибочно полагают, что желток должен быть желтым. Но правильный желток должен быть оранжевым. И это не просто мое мнение, а естественный порядок вещей.

– Да, – отвечает Эшли.

– Но он не должен быть слишкоморанжевым, – уточняет Хэнк. – Идеальный цвет желтка – где-то между прекрасным английским закатом и цветом футбольной формы нидерландской сборной. С точки зрения цвета сегодняшнее яйцо безупречно.

– Принести вам еще кофе? – спрашивает Эшли.

Хэнк вытягивает вверх указательный палец, показывая, что до кофе дело еще дойдет. Он еще не договорил про яйца.

– Что до консистенции… Когда белок разбивается вилкой – а белок должен быть плотным, но податливым, – желток должен потечь, но очень медленно. Представьте, Эшли, что желток – вулканическая лава, а тост – Помпеи. В конце концов Помпеи будут разрушены, но городские жители должны успеть эвакуироваться с вещами, прежде чем лава накроет их с головой. Медлить нельзя; при должной организации никто не пострадает.

– Мы однажды ездили в Помпеи со школьной экскурсией, – замечает Эшли.

– Тост тоже имеет значение, – продолжает Хэнк. – А как же иначе? В последнее время англичане признают только дрожжевое тесто – мне этого не понять. Ума не приложу, почему всех это устраивает. Спиноза как-то сказал: «Я пытаюсь не сожалеть о человеческих поступках, а осмыслять их». Спиноза, безупречный философ во всех отношениях, должно быть, никогда не сталкивался с дрожжевым хлебом. На самом деле для яйца пашот годится исключительно зерновой хлеб с семечками; он должен быть слегка поджаренным и все еще теплым, и сейчас передо мной именно такой тост. А благодаря вам я к тому же смогу выпить кофе.

– Разумеется, – кивает Эшли. – Какой вы любите?

– Черный, – отвечает Хэнк, – тут у меня нет предпочтений.

Эшли уходит за кофе.

Хэнк понимает, что ему повезло с сегодняшним яйцом пашот еще и потому, что он находится на борту самолета. Он сидит, заткнув салфетку за ворот рубашки, подбирает остатки яйца тостом и думает, что надо бы поблагодарить шеф-повара лично.

Эми Уилер выключила телефон, что вполне ожидаемо для профи, поэтому Хэнку пришлось взять ситуацию в свои руки. Ему точно известно, что Уилер побывала в Южной Каролине: фотографию Рози Д'Антонио на Сент-Люсии опубликовал онлайн-таблоид, значит, они последовали туда. Кажется, они идут по следу убийств инфлюенсеров: Эндрю Фэрбенкса убили в Южной Каролине, Беллу Санчес – на Сент-Люсии, значит, следующая остановка – графство Корк в Ирландии, где убили Марка Гуча. Туда и направляется Хэнк.

Возможно, он даже прибудет туда раньше них. Встретит Эми и ее веселую компанию. Идеальный расклад.

Хэнк промокает губы салфеткой, встает и потягивается. Собирается пойти на кухню, чтобы поблагодарить шеф-повара и, возможно, обсудить технологию приготовления блюда. Может, он даже попросит у шефа визитку. Персональный шеф-повар Хэнка великолепен, но что, если он умрет? Или найдет другую работу? Хороших специалистов нужно держать на примете, а тот, кто сумел приготовить идеальное яйцо пашот на высоте двенадцать тысяч метров, – хороший специалист.