Книга Лживые легенды, страница 111 – Оксана Одрина

О том, что у них уговор не идти дальше спонтанного первого поцелуя, Егор помнил хорошо, но и оставаться на месте им больше не имело смысла. То есть это Егор так думал, несмотря на внутренний бунт своей нечистой половины, без умолку бубнившей о кружащих вокруг душах и вполне возможной скорой смерти. Сердце же его твердило другое. Оно тарабанило так сильно, что готово было вырваться наружу, крича о том, что начало, которое он пришёл искать сюда, касается не только Демонов. Оно и Яны касается. Между ними тоже было начало. И если в него вернуться и подумать, то, где в их совместном начале Егор свернул не туда?

— Придали? — издевательски усмехнулась Яна, так неожиданно выдернув Егора из собственных мыслей, что он вздрогнул.

— О, да, — расплылся в лукавой улыбке Егор, расшвыряв и без того растрёпанную шевелюру.

Похоже, он понял, в чём промахнулся с Яной в прошлый раз. В самую важную минуту он отыграл назад, уступив и её сомнениям, и своим. Но ведь сегодня он не сомневался? Точно нет. А она? Судя по так и не проходящему румянцу на щеках и заплаканным глазам, тоже нет. Тогда, что его останавливало? Что останавливало их обоих?

— Тебе смешно, Ешка? — с нескрываемой обидой в голосе спросила она. — Ты считаешь, что вот это всё — смешно?

— Ну, как сказать… — буднично пожал плечами он.

— А мне вот нисколечко! — тотчас набросилась на него Яна, ткнув кулаком в грудь. — Ни капли! Да как ты вообще до этого додумался? Боюсь я тебя, думаешь? Нет, Еша, я тебя не боюсь. Тут другое. Я тебя сама лично придушить готова за все твои проделки. Ты… Ты мне всю душу вымотал своими выходками. Я чуть с ума не сошла, когда поняла, что ни тебя дома нет, ни верёвки на крючке на стене! И ещё те жуткие рисунки на столе. Ты же… Ты…

Большего сказать он ей не дал. Ведь решив, что если и нарушать договорённость между ними и начинать всё сначала, то сейчас самое подходящее время, он притянул её к себе и уверенно накрыл её губы своими. И на этот раз Яна прерывать поцелуй не поспешила: всё потому, что именно в эту минуту она почувствовала себя до того необъяснимо и нелогично счастливой, что с трудом верила в происходящее. Они вдвоём стояли посреди заброшенного мёртвого сада, который здравомыслящие сельчане обходили стороной за километр, и где очень давно жестоко расправились с местным молодым повесой, вздёрнув его практически над их головами, и она была по-настоящему счастлива.

Яна обняла Егора в ответ, давая понять, что теперь уж точно не испугается возможных отношений, не попросит остановиться, не станет воздвигать никому не нужную стену между ними. И внезапно поняла — вот он, тот момент, на который они оба не были настроены при встрече, а теперь изменились настолько, что готовы к нему на сто процентов. И потому Яна не оттолкнула его. И не думала больше о том, где они и что вокруг.

Егор снова и снова целовал её. С каждой секундой всё увереннее, настойчивее и требовательнее, как будто никаких границ между ними никогда и не было. Он позволил ей стянуть с себя футболку, даже не задумавшись, куда она её бросила. Кружилась голова, и он был даже рад, когда под спиной оказался ствол старой яблони. Ему было совершенно плевать, что тот шершавый, когда его руки тоже оказались под её майкой. Когда же её губы нежно скользнули с его губ ему на щёку, а потом на шею, он не смог сдержать счастливую улыбку. О том, что мёртвый сад не лучшее место для двоих, никто из них не думал. Торопливо откинув её волосы назад, он крепче обнял её, как внезапно остановился и замер, побледнев так, как это обычно происходило, когда общался с заблудшими душами.