Книга Слепые отражения, страница 29 – Оксана Одрина

Пройдя еще чуть вперед, он добрался до одного из окон и, не дотрагиваясь до него, выглянул на улицу: знакомый двор и само здание снаружи. Все верно, он на верхнем этаже школы, а освещение — подсветка со стен фасада. Вот только, где именно находился класс, он не понимал. Потому шагнув ближе, он уперся ладонями в раму, а лбом в стекло, разглядывая соседние помещения. Когда же чуть сильнее надавил, послышался хруст, а из-под правой руки его по прозрачной поверхности побежала широкая трещина, разделяя ее на две неравные части. И тут же появилась вторая. Следом еще одна. И еще. Их становилось все больше, и они оплетали стекло в хитроумный узор, мерзко шурша. Казалось, совсем немного, и рухнет оно с высоты и погребет под собой незваного гостя. Вадим, конечно, попятился. Однако и на соседнем окне, и том, что самое дальнее от двери, раздался уже знакомый хруст, дальше скрежет и звон.

— Кто-то собирает осколки… — не успокаивались у Вадима за спиной.

Броситься к выходу и немедленно покинуть класс было бы лучшим решением, но вместо этого он ссутулился и заткнул уши руками. Бьют стекла! Кто бьет и зачем?.. Вадим не понимал.

Оказалось, что и зеркала на стенах, которые он не заметил, когда вошел, тоже покрылись похожими трещинами. Чудовищная болезнь быстро расползалась и по ним.

И даже зеркало в человеческий рост на дверце старого шкафа, который укрылся в углу и спрятался в темноте, точно так же, как и остальные, с визгом разорвало на куски.

— Ты с отражениями разговариваешь…

— Да откуда идет этот голос, и чей он? — возмутился Вадим и задергал головой в стороны, пытаясь понять, что происходит. Да, пока происходящее было больше чем странным, однако не угрожало ему.

Ну а потом Вадиму стало трудно дышать.

— И он тоже…

Его охватила паника, и он заметался по комнате в поисках двери, но почему-то не находил ее. И хотя главное желание просто жить мгновенно бросило его к ближайшему окну, заставило колотить в стекло кулаками, чтобы пробить дыру среди щелей, впустить воздух с улицы и перевести дыхание, он не справился. Ведь быстро обессилев от удушья, юный сыщик сполз по стене на пол и уперся затылком в подоконник. Упрямые пальцы его все силились расстегнуть верхние пуговицы на рубашке, но тут пришло горькое понимание, что на нем футболка и толстовка.

— Ты мешаешь ему…

— А отражения как же?.. — раздосадовано просипел он.

Где они, отражения, которым он так часто и так дорого платит в последнее время? Почему не предлагают помощь? Спрятались и теперь выглядывают с той стороны: «Жив ли там еще Вадим Верес? Или все для него уже закончилось?» Трусливые мямли, от которых слова доброго не дождаться! А как заплатить за разговор, так давай, мальчик, делись собой больше и больше. Наизнанку вывернись, но часть себя отдай. А сами? Где они, когда нужны?

И все. И не справиться Вадиму в одиночку. И не выйти…

Да как бы не так! Он дернулся вверх, поднялся на негнущиеся ноги, развернулся, замахнулся на окно рукой, ударил по нему и выкрикнул:

— Помоги мне! Впусти!

Зря он так, конечно. Ведь рама тотчас вздрогнула и затряслась. И лишь секунды не хватило Вадиму, чтобы отшатнуться — стекло, израненное трещинами, со звоном рухнуло и погребло его под собой. Он только и успел пригнуться и закрыться руками, как за ворот ему неожиданно посыпался… песок.