Книга Убийства в десятиугольном доме, страница 46 – Юкито Аяцудзи

Боясь разоблачения, Сэйдзи решил убить прислугу и заодно Ёсикаву. Он накачал их снотворным и связал. Девятнадцатогого зарубил топором супругов Китамура и после этого занялся Ёсикавой, который все еще находился под действием таблеток. Перетащил его в комнату, где убил Кадзуэ, развязал, переодел в свою одежду и облил керосином. Поджег виллу и сбежал с острова.

Так преступник – Сэйдзи и жертва – Ёсикава поменялись местами. Получилась классическая комбинация с «обезличенным трупом». Но если принять эту версию, все равно некоторые вопросы остаются без ответа. Я могу навскидку назвать сразу четыре.

– И какие же? – спросил Симада.

– Во-первых, мотив. Какой был резон Сэйдзи убивать жену, с которой он прожил больше двадцати лет? Можно, конечно, сказать, что он сошел с ума, однако у сумасшедших тоже есть свои причины.

Во-вторых – вчера ночью я уже говорил об этом – пропавшая рука. Зачем Сэйдзи понадобилось ее отрубать? И где он ее спрятал?

В-третьих, разрыв по времени между убийствами. Жену он убил семнадцатого, последней жертвой стал Ёсикава – на рассвете двадцатого. Что Сэйдзи делал три дня?

И последний вопрос: как Сэйдзи после всего этого удалось выбраться с острова? И где он все это время скрывался?

– Знаешь, по дороге к тебе у меня были почти такие же мысли, – сказал Симада. – Думаю, у меня есть ответ как минимум на один вопрос из перечисленных – первый.

– Мотив убийства Кадзуэ?

– Да. И конечно, как и в твоем случае, это всего лишь предположение.

– Ревность? – попробовал угадать Морису.

Симада, поджав губы, кивнул:

– Даже нормальные эмоции, если они долго копятся в душе гения вроде Сэйдзи, могут перерасти в дикое безумие. Конан-кун! – Он повернулся к Такааки. – Ты помнишь, что Масако Ёсикава говорила о Тиори Накамуре?

– Конечно.

– Она сказала, что Тиори нечасто бывала на острове. По словам Масако, Кадзуэ обожала дочь, а когда я спросил о Сэйдзи…

– Она ответила, что он не любил детей.

– Совершенно верно. Сэйдзи свою дочь не очень-то и любил.

– И на ее похоронах всеми церемониями занимался не он.

– Вы понимаете, что я хочу сказать, так ведь?

Симада посмотрел сначала на Такааки, потом на Морису. Такааки кивнул с покорным видом, а его друг нахмурился и отвел глаза.

– Что, по-вашему, Тиори – не его дочь?

– Молодец, Морису-кун! В самую точку попал.

– Если не его, то чья же?

– Кодзиро Накамуры. Если верить Масако, Ко-сан часто приезжал на остров, когда она там работала. Потом вышла за Ёсикаву и уехала. Это означает, что отношения между братьями не всегда были плохими. Я думаю, Ко-сан прекратил свои визиты, когда родилась Тиори. Что думаешь, Морису-кун?

– Даже не знаю, что сказать… – Тот потянулся к пачке сигарет на столе. – И поэтому вы на обратном пути решили заехать к господину Кодзиро?

– Именно. Я надеялся что-нибудь выведать у Ко-сан.

– Симада-сан! – прервал его Морису, он больше не мог терпеть. – Мне кажется, мы не должны углубляться в эту тему.

– Ого! С чего это вдруг? – обескураженно спросил Симада.

– Может, я лезу не в свое дело, но даже если вы с господином Кодзиро добрые друзья, не думаю, что это поможет найти ответы на поставленные вопросы. – Спокойно глядя на Симаду, Морису продолжил: – Здесь, втроем, мы можем говорить о чем угодно. Беды от этого не будет. Но я считаю, что неверно делать какие-то выводы только на основе предположений и вмешиваться в частную жизнь другого человека, особенно когда дело касается вещей, афишировать которые этот человек не хочет.