Книга Дубовый Ист, страница 148 – Николай Ободников

Ей никто не ответил.

Воан слышал про школьные лазейки и помнил о калитке, у которой ему позвонила Лия, но не собирался тратить время на поиски инструментов или ключей, чтобы выбраться наружу. О ключах Устьянцевой, болтавшихся в кармане, он запретил себе думать. Если Соня выбрала конкретно этот путь, значит, другие им не годятся.

— Идем через подвал, — наконец сказал он. — Мне некогда обустраивать ваши жизни.

Глаза Милы сверкнули от обиды. Воан не знал, что она там себе вообразила, но у него была вполне четкая цель. При мысли о жене голову заполнило хлопанье крыльев. Это были крылья его бессилия и отчаяния. Не стоит давать надежду тем, кто скорее всего умрет, так и не распаковав ее.

— Лучше шагайте. Я здесь не для того, чтобы подтирать всем задницы.

Они все отвернулись, пряча глаза.

У Воана на душе скребли кошки.

2.

Подвал производил удручающее впечатление. Воан не брал в расчет, что пережил здесь лейтенант, и сконцентрировался на собственных ощущениях. Они спустились с лестницы и теперь оглядывались. В узкие оконца хлестало так, что казалось, будто их группка находится в трюме шхуны, затерянной в ночном океане. Скрипы здания только усиливали это обманчивое впечатление.

Шустров нашел выключатель и беспомощно пощелкал им.

Ни одна из ламп не вспыхнула, оставшись сосредоточением тьмы.

— Ничего. Это же ничего, да?

Воан направил луч фонаря на потолок. Все увидели скорлупу разбитой лампы.

— Я ведь говорила, что подвал — это плохая идея! — Мила взволнованно растирала шею и оглядывалась по сторонам. — Плохая, ужасная! Как секс на муравейнике! — Она на мгновение замерла. — Нет, нет, я бы не стала даже пробовать это. Хватило и того, что я случайно подумала об этом.

— Мы пройдем этот подвал насквозь, — мрачно сказал Воан.

Он первым двинулся вперед. Левой рукой он держал фонарь, оставив револьвер в правой. Шустров пошел рядом. Он пристроил свой вполне удобный фонарик под рукоять пистолета, перекрестив запястья. «Ну хоть чему-то их там учат», — не без сарказма подумал Воан.

Они прошли несколько метров, ступая среди бетонных столбов, опутанных клочьями паутины, прежде чем смартфон Воана вдруг разразился мелодией. Это напугало остальных. Воана от макушки до пят пронзила дрожь. Он узнал Gymnopédie No. 1, эту меланхоличную, но красивую мелодию. Еще бы не узнал. Это из Поминальска, всего за одну черную монетку, звонила его жена.

— Что такое, Воан? Что случилось? — Заглянув в его лицо, Мила отшатнулась. — Что с тобой, Воан?..

Соня тоже смотрела с испугом. Она беспрекословно взяла его фонарь.

«Они не слышат. Не слышат звонка», — в каком-то лихорадочном отчаянии думал Воан, вынимая смартфон.

Однако уже через мгновение он понял, что ошибается. Взгляды их группки обратились к светящемуся экрану смартфона. Все видели голубоватое свечение и буквы, складывавшиеся в слово «Лия».

Шустров замотал головой. Лейтенант явно пытался высказать какую-то мысль, поглядывая на еще одну разбитую лампу на потолке. Воан поднес смартфон к уху и вздрогнул, когда раздался голос Лии. Она опять болела. И наверняка ангиной. На том свете ангина есть у каждого. Ее даже продают в аптеках — вместе с плацентой неродившихся детей. Губы Воана задрожали.

— Я знаю, о чем ты хочешь попросить, — произнес трескучий голос Лии. — Как насчет серьезного подношения? Серьезные дела требуют серьезных уступок, Воан.