Книга Дубовый Ист, страница 128 – Николай Ободников

Любовь — костями в грязи!

Произносить это нужно было в специальном круге. Дальше Воан не углублялся. Лишь отметил, что в самом конце составитель указал, что нет каких-либо доказательств того, что Черное Дерево действительно одаряет просящих. Только если не использовать серьезные подношения.

— Кур, овец, детей, — прошептал Воан.

Отодвинув «Архивные материалы по локальному фольклору», Воан взял в руки «Под сенью Дубового Иста». Немного подумав, отодвинул и эту книгу. Там наверняка обыгрывалось всё то же самое. Поэтому Воан перешел к «Реестру аномальных происшествий».

Реестр вел Фаддей Глухоманюк — в высшей степени загадочная личность, не сообщавшая о себе ничего, кроме имени. Это был список пропавших в Черустинском лесу, опоясывавшем «Дубовый Ист». Ничего особенного и тем более аномального. Просто даты тридцатых годов и имена. Зачем всё это понадобилось Глухоманюку, Воан тоже не мог взять в толк.

Это оставалось непонятным до тех пор, пока Воан не закрыл реестр.

В форзаце лежал сухой дубовый лист. Он по-прежнему источал слабый аромат. Пахло сложной смесью специальных растворов для бальзамирования и любимых духов Лии. Запах ее распахнутого гроба. Рука Воана затряслась, когда он поднес дубовый листик к носу. Аромат любви и смерти. Неужели так пахнет чертов дуб, этот Quercus Tenebrae? На левой стороне форзаца шла надпись. Поблекшая от долгих лет, но всё еще читаемая.

«Вот те, кто вверил себя глупой легенде».

Реестр гулко хлопнул, когда Воан швырнул его на ковер. Это не просто перечень пропавших в лесу людей. Это список тех, кто потащил дары Черному Дереву. И обрел что-то взамен. Как и Тома Куколь. Но Тома вернулась. А эти — нет. Видимо, сгинули в погоне за мечтой, накормив собой какое-нибудь болото.

Может, Тома нашла то самое серьезное подношение?

В коридоре раздался шум.

Воан замер, прислушиваясь. Вроде и не драка. Но кто знает? Вышибать дух можно очень тихо. Воан засобирался. Он торопливо распахнул атлас и «Архивные материалы по локальному фольклору» там, где читал. Достал смартфон, рассчитывая сделать пару снимков.

Потом плюнул на это, выдрал интересующие его листы и, рассовывая их по карманам, выбежал в коридор.

7.

— Жанчик, ты уверена? Это как-то… дико, че ли, я не знаю.

— Мне ли такое не знать, подруженька?

Карина и Жанчик стояли под дождем, глядя на тени тиса ягодного. Где-то в валах сумрака шумело озеро Череть, вливая свой голос в перестук капель. Покидая свою комнату в общежитии, Карина успела разве что обуться, оставшись в джемпере и брюках из хлопка. На Жанчике из теплого был только свитер с эмблемой школы. Теперь обе девушки продрогли.

Из класса биологии все разбежались кто куда.

Собственно, вариантов-то было всего два. Бежать направо, к кабинетам физики и химии. Или налево, сразу к лестнице. Карина, Мишаня и Жанчик, как закоренелые правши, выбрали естественные науки. Молот и Алиса помчались куда-то налево. Только Щеба остался. Карина никого не видела, но почему-то была убеждена, что за Щебой пришла Тома. Выбрала его первым.

Призрак?

Галлюцинация?

Да что угодно! Главное, что Карина усвоила, так это то, что с Томой не покончено. Это было глубже, чем просто плоть, которую они все рвали. Тома засела у них в головах. Выныривала из мыслей, будто из бесконечного бассейна, и сводила с ума. Карина уже чувствовала себя на грани. Эта сучка играла с ними.