Книга Наша погибель, страница 113 – Эбигейл Дин

Эдвард вспоминал об этом, петляя воскресным утром по Уордор-стрит в сопровождении Нины и Изабель. Они направлялись в развлекательный центр «Лас-Вегас аркада», который оставался для Нины любимым местом во всем Лондоне, если не в мире. Изабель назвала это путешествие «Миссия: отвлечь Нину», хотя по лицу самой Изабель было понятно, что она плохо спала ночью. Им всем необходимо было как-то отвлечься.

Ройс, вероятно, подсуетился. Когда Изабель раскрыла за завтраком газету, в глаза сразу бросился заголовок «Жертвы Насильника из Южного Лондона продолжают давать душераздирающие показания». В статье сообщалось, что в понедельник, помимо прочего, ожидаются также выступления Эдварда Хеннесси и Изабель Нолан. Сидевший за столом напротив Эдвард разобрал уже привычные обрывки фраз: «после развода», «широко известный драматург и сценарист», «жертва изнасилования», «глубокая психологическая травма». Его фотографию взяли с сайта их фирмы: снимок был сделан во время совещания, и Эдвард выглядел на нем мрачным и постаревшим.

– Господи, я здесь похож на зануду, – ужаснулся он.

– Возможно, у тебя просто был запор, – ответила Изабель.

– Неужели мы и в самом деле всех так интересуем? – изумленно протянул Эдвард.

– Очевидно.

– Про Нину ничего не говорится? – поинтересовался он.

Глаза Изабель забегали по странице.

– Нет, – сказала она наконец.

Успокоенный ее улыбкой, Эдвард откинулся на спинку стула и кивнул.

Он подумал о зале игровых автоматов, потому что там темно и шумно. Зная Эдварда, никто не стал бы разыскивать его в таком месте. По дороге он пытался вспомнить, как они с отцом проводили вместе свободное время, хотя опасался, что смог бы ответить на этот вопрос и не напрягая память. Отец боялся Лондона, вечно садился в метро не на тот поезд, возмущался из-за воображаемых оскорблений. Когда Эдвард рассказал об этом сестре, она лишь рассмеялась: «Эдвард, папа боится вовсе не Лондона».

– Никаких ночных гостей больше не было? – осведомилась Изабель.

– Вроде бы нет, ничего такого я не заметил.

Изабель повернулась к Нине и пояснила:

– В номере Эдварда творилось что-то странное.

– В каком смысле? Шпион туда проник?

Эдвард предпочел бы, чтобы Изабель вообще не упоминала об этом. Он не хотел пугать Нину.

– Если и шпион, то довольно безобидный. Скорее всего, это был Патрик Ройс.

– Ну, он в этом ни за что не признается.

– К тому же Ройс – оплот правды.

В ярком утреннем свете вывеска игрового зала выглядела так, будто ее забыли выключить. На улице стояли припорошенные инеем мешки с мусором, похожие на балахоны. Возле окон кафе клубился туман, несколько замерзших посетителей кутались в шарфы.

– Я могу заказать кофе, – сказала Изабель таким тоном, будто это была величайшая жертва с ее стороны.

– А я придержу для тебя игровой автомат «Mario Kart», – пообещала Нина.

– Обязательно придержи.

Эдвард с Ниной спустились в зал. Он не видел ее лица, но по стуку каблуков понял, что его спутница улыбается. Следуя за ней, Эдвард ощущал легкость и удовлетворение, словно бы снова стал молодым, как в день первого своего появления здесь, когда Изабель еще была его женой, а Нина – маленькой девочкой. В зале игровых автоматов всегда оказывалось больше народу, чем он ожидал. Вот интересно, кто еще, кроме них, мог прийти сюда воскресным утром за неделю до Рождества? Подростки в надвинутых на глаза капюшонах, пьющие пузырьковый чай и прыгающие на танцевальных ковриках. Двое мужчин с тусклыми после ночного марафона глазами развалились в компьютерных креслах. Кучка бездомных прислонилась к бильярдному столу, от их одежды несло холодом.