Книга Позывной «Зенит», страница 32 – Сергей Журавлев

— Скажите честно, вы сможете, взяв дубину, пойти вместе с нами лупить недобитых фашистов? Ведь это они чуть не лишили глаза Гудрун. Они здесь засели, недалеко. Сможете?

Молчание было ответом.

— А Андреас и Питер смогли. Эльза дралась с ними как кошка, хотя силы были неравные. Или вы готовы только написать гневную статью?

В комнате повисла тишина. Приятели понимали, что Краузе ведет какую-то свою игру, но не понимали какую. Ульрика оказалась женщиной с характером. Она не раскисла, наоборот, сжала кулачки со стильным маникюром, в глазах появился блеск.

— Если вы пойдете, то и я пойду, — тихо, но решительно заявила женщина.

Молодежь громко приветствовала ее признание. Но Юрген резко махнул на них рукой, останавливая шум.

— Мы собираемся пойти и сжечь здание концерна «Шпрингер-Пресс», этого рассадника злобы и лжи, поможешь?

У женщины от азарта загорелись глаза:

— Что надо сделать?

— Для начала нарисовать план первого и второго этажа. Все здание мы захватить не сможем. Мы приведем несколько сотен студентов, которые заблокируют работу этой фабрики лжи. Нам надо знать, что где находится. Ты же бывала у них в редакции?

— Конечно.

Это хороший манипулятивный психологический прием. Сразу задаются два вопроса. Сначала тот, на который мы хотим получить положительный ответ, и следом вопрос, на который возможен только положительный ответ. «Давайте застрахуем ваш автомобиль. Вы же хотите получить назад свой миллион, если его угонят или он сгорит?» Согласие со вторым мы воспринимаем, как и согласие с первым.

«Ее «конечно» это подтверждение, что она была в Шпрингере, одновременно это шаг по пути согласия помочь нам. Надо закреплять».

Вербовка — дело интимное, непубличное. Юрген раздал приятелям поручения, чтобы остаться с Ульрикой наедине. Он достал лист бумаги, карандаш, и они склонились чертить план здания.

Сама редакция с журналистами находилась на третьем этаже, для особо привилегированных маститых писак полагались отдельные кабинеты. Это одна часть задания. Теперь надо было узнать, у кого могли храниться нужные документы.

Они выпили по две чашки кофе, выкурили пачку сигарет, в конце концов, составили довольно подробный план. Как известно, совместная деятельность сближает сильнее, чем совместная выпивка. Безусловно, выпивка тоже, но только потом, после реального дела, как закрепление отношений. Она также помогает углублять отношения в ситуации, когда ты открываешь собеседнику какую-то свою тайну.

Юрген заставил женщину принять важное для нее решение. Он помнил наставление более опытных товарищей, что после такого события человеку надо дать выговориться. Это нужно для того, чтобы человек, проговаривая, смог убедить теперь уже сам себя, что поступил правильно. Как бы вербовщик ни готовился к разговору, какие бы аргументы ни заготавливал, понять, какой из этих аргументов сработает, очень сложно. После этапа принятия решения должен идти не менее важный этап закрепления. Объект сам для себя начинает искать и ранжировать доводы, приведшие его к принятию решения о сотрудничестве.

Женщине надо было выговориться, объяснить, почему она решила изменить свою жизнь, связавшись с радикальным движением. Краузе узнал то, о чем почти никому не рассказывала журналистка. Ульрика рано осиротела и воспитывалась у одинокой подруги матери. Та привила ей смесь христианской и коммунистической морали. Надо жить честно, жить по справедливости, желать добра для всех, не обманывать, не изменять.