Книга Мираж над пустыней, страница 80 – Сергей Журавлев

– Господин капитан, вас вызывают в штаб. Срочный звонок из Парижа.

Инструктор ловко спустился с лесенки и направился к выходу.

«Комментарии по взлету у меня есть, но главное не столько взлет, сколько посадка. Не могу же я все время сидеть в самолете и ждать, когда Теодор вернется. И не факт, что он захочет продолжить объяснения. Черт бы побрал этот звонок», – мысленно ругался Дюваль.

– Дежурный, – громко окрикнул он солдата. Ему неожиданно пришла в голову интересная мысль. – Где сейчас капитан Рахбани?

– Только что видел его в штабе.

– Позовите его срочно сюда. Передайте что у меня заканчивается горючее.

– Есть, – коротко ответил недоуменный дежурный.

«Амин любопытен, поэтому интрига заставит его прийти быстрее», – предположил Ивон.

Расчет оказался верен. Буквально через несколько минут появился ливанец.

– Я не понял, что у тебя случилось, Ивон?

– Быстрее залазь ко мне, – продолжал интриговать разведчик. – Шатриан показал мне, как взлетать, но его срочно вызвали в штаб. Расскажи, что надо делать, чтобы посадить самолет. Ты же не хочешь, чтобы я разбился, Амин?

Рахбани рассмеялся.

– Так и быть, курсант. Курс на базу, заходим против солнца.

Дюваль четко повторял команды заместителя командира эскадрильи и описывал свои действия. Комментарии боевого летчика были также подробны и обстоятельны. Наконец «полет» закончился, и они спустились на бетонку. Приятели вышли из ангара. Дождь уже закончился. Вся природа была наполнена свежестью. Но это на короткий миг. Скоро жаркое солнце снова превратит воздух в марево.

– Ну как? Сложно управлять боевым самолетом? – покровительственно поинтересовался ливанец.

– Да не сложнее, чем боевым верблюдом, – лихо ответил Ивон, разминая затекшее с непривычки тело.

– Ты ездил на боевом верблюде? Это на какой экскурсии? – с недоумением спросил собеседник.

– Экскурсию мне организовало известное туристическое бюро «Французский Иностранный легион» в качестве бойца парашютно-десантного батальона. За что я получил два ранения и три медали.

На самом деле медали у него были только две, но на Востоке все привыкли немного приукрашивать. Коснулось это и Дюваля.

– Не знал, – с уважением протянул капитан. – То-то я смотрю, тебя так и тянет к нам, военным. Значит, ты один из нас.

Он с уважением посмотрел на Ивона, протянул руку и крепко пожал его ладонь.

Пленку с записью комментариев полета Икар в этот же вечер передал Разумкову для срочной отправки в Москву. В этот раз они спустились по узкой каменистой тропинке от трассы прямо к морю. После небольшого шторма водная стихия успокоилась. Теплые волны мерно набегали на берег и с шуршанием гальки возвращались обратно.

– Твой приятель Рахбани дал наводку на троих из эскадрильи. Они в своем кругу с завистью говорили о потерянных Маттаром миллионах, называя его дураком. Там опять всплыла фамилия Саида Низрами.

– Это его отец при французской администрации привлекался за взятки? – припомнил Ивон.

– Точно. Мы поработали с его окружением поглубже. Так вот, у него есть младший брат.

– А сколько всего детей у его родителей? – перебил разведчик-нелегал.

– Пятеро. Младшего брата зовут Гафур. Он последний ребенок, самый любимый и очень балованный. Ему многое прощают, он этим пользуется. Так вот у него есть страсть, он азартный игрок. Играет во все, до чего дотянется, – в карты, кости, делает ставки на петушиных боях.