Книга Мираж над пустыней, страница 76 – Сергей Журавлев

– Присаживайтесь, капитан. Мы немного прокатимся – властно даже не попросил, а приказал солидный мужчина в дорогом костюме.

Машина стремительно унеслась в наступающую темноту. Они притормозили у загородного кафе.

– Давайте перекусим, уважаемый Рахбани, – предложил незнакомец и, не дожидаясь ответа, вышел из машины. Они расположились за заранее зарезервированным дальним столиком на веранде.

– Довольно тихое местечко, – не выдержав, первым заговорил заинтригованный летчик.

– Здесь нам никто не помешает, – согласился незнакомец.

Официант с почтением быстро сервировал стол. Традиционные арабские закуски, неизменный чайник с ароматным, только что заваренным чаем.

– Ваш мансаф готов, когда прикажете подавать? – поинтересовался гарсон.

– Минут через двадцать, – распорядился мужчина.

Гость отметил про себя, что незнакомец хорошо осведомлен о его пристрастиях. Мансаф это национальное бедуинское блюдо из баранины с рисом. Его щедро заливают соусом из джемида, в котором предварительно и варят кусочки баранины. Угощение выкладывают на большой поднос, украшают миндалем и зеленью. Удивительно ароматное и вкусное блюдо.

– Итак, уважаемый Рахбани, позвольте представиться. Меня зовут Сулейман, я сотрудник «Аль-Амн аль-Ам». Нам с вами необходимо переговорить на государственной важности тему. – Он достал из внутреннего кармана солидное на вид удостоверение и, не выпуская из рук, раскрыл его перед лицом гостя.

Что-то подобное капитан и рассчитывал услышать. «Аль-Амн аль-Ам» было Главное управление общей безопасности Ливана, его ведущая спецслужба.

– Я должен буду сообщить о нашей встрече в службу безопасности базы? – полувопросительно произнес Рахбани.

– Нет. Ваш капитан представляет «Второе бюро», то есть военную разведку и контрразведку, а мы занимаемся государственной безопасностью.

С этими словами он достал из портфеля толстую кожаную папку. Амин успел заметить в ней картонную папочку, на лицевой стороне под типографски набранным наименованием «Личное дело» от руки были четко выведены его фамилия и инициалы. Сулейман достал бланк и протянул собеседнику.

– Прежде чем мы начнем, вам нужно подписать расписку о неразглашении нашего разговора.

Капитан нервно сглотнул от напряжения. Такого с ним еще ни разу не было.

– То, что я сейчас вам сообщу, большая тайна, – торжественно сообщил ливанский контрразведчик и положил руку на папку, на которой куфическим письмом^[3]была красиво выгравирована шиитская шахада^[4]. То, что с ним беседует еще и представитель одной шиитской веры, добавило дополнительной откровенности для военного летчика.

– Вашим военным уже все ясно, и они готовы побыстрее закрыть дело об едва не угнанном «мираже». Но мы в отделе внутренней безопасности считаем, что не все нарывы вскрыты. Есть предположение о более серьезном заговоре, и попытка угона современного истребителя могла стать поводом для смещения руководства в армии и в государстве. Стоят за этим не русские, а внутренние враги. Хасан Бадави, похоже, работал и на израильтян.

– Моссад очень коварная змея, – с жаром согласился капитан.

– Вот именно. Он мог завербовать не только Маттара, но и других молодых летчиков. Такие большие деньги могут соблазнить не одну неокрепшую душу. Согласитесь, уважаемый Рахбани, государство, потратив колоссальные деньги на подготовку военных пилотов, должно быть уверено в их верности.