Книга Мираж над пустыней, страница 74 – Сергей Журавлев

– Мы ездили в лучшую клинику в Швейцарии. Даже там сказали, что надежды нет, – с грустью поведал несчастный отец. – Мы влезли в долги. Я и сюда согласился ехать, чтобы расплатиться с ними.

Ивон понимал, что такая откровенность нелегко далась капитану, видимо, слишком тяжело было держать переживания в себе. Вот он и открылся. На это надо было как-то отреагировать.

– Тео, если я тебя расстроил, то должен загладить свою промашку. Не спорь со мной, – оборвал Дюваль попытавшего возразить ему собеседника. – На сегодня служба закончилась, приглашаю тебя в бар. Мусульманам аллах запрещает спиртное, а нам-то можно.

Летчик с благодарностью кивнул. В баре они здорово напились, у инструктора на следующий день не было запланированных вылетов, только занятия с ливанцами по теории пилотирования.

Из Москвы пришло подтверждение о начале подготовки кандидатов на возможную подмену пилота ливанских ВВС. Просили составить подробный план проведения операции по целому перечню вопросов.

– Главный вопрос, – перечислял Разумков на очередной встрече под ночным небом пригорода Бейрута, – способ доставки нашего человека на авиабазу. Там же сейчас ужесточили пропускной режим.

– Предварительно можешь сообщить в Центр, что я пока придержу поступивший из Франции груз, а это несколько больших ящиков. В одном из них мы сможем провезти агента. Для придания достоверности планирую провести вербовку «под чужим флагом» заместителя командира эскадрильи Амина Рахбани, а также пилота-инструктора Теодора Шатриана.

– Что, сразу обоих? – удивился оперативник КГБ.

– Ты должен мне помочь, – сообщил ему Икар. – Амин на измену родине не пойдет, побоится, характер не тот. Поэтому надо, чтобы ты нашел человека, который выступит перед ним в роли сотрудника местной службы безопасности.

– Так он же сразу сообщит о таком контакте в контрразведку!

– Значит, твой человек покажет ему удостоверение от службы внутренней контрразведки. Якобы сотрудник этой службы негласно проверяет отдел контрразведки при авиабазе. У них есть подозрение, что оттуда идет утечка информации, и капитан должен им помочь. Тайно. Операция суперсекретная. Восточные люди любят тайны, мистику. Обязательно надо узнать у Рахбани, кто из летчиков проявил сожаление, что это не ему предложили два миллиона долларов. Капитан сам мне проговорился, что не все поддержали патриотический поступок Махмуда. У кого-то из летчиков вырвалось, что он дурак, что не взял такие деньги, а сорвал операцию. Пусть теперь залечивает ранение, так ему и надо. Мне Амин фамилии точно не назовет, а контрразведчику расскажет. Так мы сможем узнать, с кем из пилотов можно поработать.

– Так у нас, получается, два плана? – решил уточнить Разумков. – Один – это подмена местного пилота на нашего, второй – все-таки вербовка ливанского летчика за деньги. Я правильно понял?

– Верно. И в том и в другом случае мне нужна будет помощь Шатриана. Поэтому запроси в Москве все возможные материалы по нему и обязательно уточни, есть ли у нас возможность вернуть зрение мальчику десяти лет, у которого диагноз прогрессирующая глаукома. Если есть, пусть пришлют справочные материалы. Статьи в прессе, естественно, не советской, а зарубежной. Это срочно.

– Хорошо, – повеселел оперативник. Когда появляется ясность, возникает ощущение, что жизнь налаживается. – Есть у нас на примете товарищ, сыграет роль зубра секретной службы очень убедительно. Выпотрошит твоего Амина до конца.