Книга Мираж над пустыней, страница 62 – Сергей Журавлев

– Как там дела у Василича?

– Пока никто не выходил. Ждем, уже час прошел.

– Марина там? – ГРУшник отличался бесцеремонным отношением.

– Там, – кивнул Разумков. – В Москву сообщил?

– А как же. У нас с этим делом строго.

– Жаль Александра Васильевича, – поддержал беседу оперативник КГБ. – Четыре пули поймал.

– Да ты Василича не знаешь, – вступился за своего начальника собеседник. – Обязательно выкарабкается. У него здоровье знаешь какое? Он один может литр водки скушать, все в дрова, а он как огурец.

– Это может быть, но погон, скорее всего, лишится.

– Я не знаю деталей вашей операции, не положено. Думаю, конечно, что серьезная, но верю в нашего нового начальника. При прежнем, при Серове, Иване Александровиче, Хомякова точно лишили бы звания, наград и пенсии. Уж больно крут был, все хотел походить характером на своего приятеля маршала Жукова. Ивашутин же, говорят, наоборот, свои кадры ценит и отстаивает. Так что, думаю, пристроит нашего Хомякова где-нибудь в аппарате.

– Или в «консерваторию», – поддержал майор.

– Точно. Пусть молодежь воспитывает.

Они помолчали. Наконец появилась Марина Петровна.

– Операция прошла успешно. Пули извлекли, зашили. Он потерял много крови, пришлось делать переливание. Сейчас он стабилен.

– Куда его переведут? В реанимацию? – спросил майор.

– Скорее всего.

– Надо организовать дежурство, – повернулся Разумков к военному. – Вернее, охрану.

– Обязательно. Ребята уже ждут команды в машине.

– Марина Петровна, пойдемте к главному врачу госпиталя. Я как представитель советского посольства буду настаивать на том, чтобы Хомякова и Крайнова поместили вместе в отдельную палату.

– Вот это ты правильно придумал, Коля, – горячо поддержал заместитель подполковника.

Весь вечер и ночь генерал-полковник Ивашутин провел на рабочем месте. Собирал, анализировал информацию, обсуждал ее с подчиненными. Много лет прослуживший в КГБ, Петр Иванович не чувствовал к коллегам из комитета высокомерия. Он считал, что основой в отношениях спецслужб должна стать здоровая конкуренция и сотрудничество, а не гражданская война. Поэтому, не стесняясь, запрашивал материалы по операции «Алмаз» и от КГБ. Именно оттуда поступила свежая оперативная информация от ливанской агентуры о том, что Хасан Бадави давно находится в разработке английской разведки. Сведения пришли из надежного источника, от корреспондента газеты «Обсервер» и журнала «Экономист» в Бейруте, а на самом деле почти легального представителя английской разведки. Только несколько человек в КГБ знали его оперативный псевдоним в советской разведке, «Стенли».

Утром Ивашутин отправился на прием к министру обороны Советского Союза. Маршал устроил начальнику разведки грандиозный разнос. Такой, который могут устраивать только высокие чиновники. Очевидно, это право они получают вместе с должностью. Генерал не стал перекладывать вину на подчиненного. Он признал наличие грубых ошибок в разработанном плане операции. Прежде всего – недооценка личности посредника Хасана Бадави, не были вскрыты его связи с иностранными разведками. Была также проявлена халатность в выборе места встречи с агентом и не соблюдены правила безопасности.

Руководство страны активно подключило Министерство иностранных дел и задействовало неформальные связи с авторитетными представителями арабского мира, прежде всего Египта и Сирии, чтобы обвинить в провокации американцев и израильтян. Давление было столь мощным, что руководство маленькой страны вынуждено было ввести цензуру на данное событие. Как по команде газеты, журналы, радио хранили гробовое молчание об инциденте. Службой безопасности были принесены извинения советскому представителю.