Книга Я отменяю казнь, страница 145 – Валерия Войнова

— Ты говоришь так, будто уже похоронила себя, — голос Риэл дрогнул, но она сжала губы, не давая себе раскиснуть.

— Я еду в место, где Источник сходит с ума, в компании главы Тайной Канцелярии. Оптимизм здесь неуместен. Прагматизм — да.

Я перевела взгляд на Ривена.

— А ты, Ривен… Ты остаешься здесь. Охранять их. — Я кивнула на Бреона и Риэл. — Ты не можешь ехать со мной. С твоей раной ты в дороге бесполезен, а в Роще слишком опасно. Мне нужно знать, что мой тыл прикрыт. Что если Ансей решит сжечь лавку, здесь будет кому встретить его людей сталью.

Наёмник медленно поднялся. Он был мрачен. Ему не нравилось оставаться в запасе, но он понимал логику.

— Я присмотрю за ними, госпожа. Ни одна крыса не проскочит. А вы… — он посмотрел мне в глаза своим тяжёлым, цепким взглядом. — Не подставляйте спину. Никому. Даже тем, кто едет под одним флагом с вами.

— Я помню.

Я обвела взглядом кабинет. Пыльные полки, запах сургуча, карта на стене. Моё детище. Моя маленькая империя, построенная на лжи и шантаже, но работающая на выживание.

— Вы справитесь. Я выбрала вас, потому что вы лучшие. Не подведите меня.

Риэл шагнула ко мне. В порыве, не свойственном ей, она крепко обняла меня, уткнувшись носом в плечо.

— Возвращайся, слышишь? — шепнула она зло и отчаянно. — К черту наследство и завещания.Мы только начали играть по-крупному. Ты обещала мне Империю, Вессант. Не смей умирать в лесу.

— Я постараюсь, — я сжала её плечо. — Присмотри за Бреоном. И не давай ему курить эту гадость в кабинете.

— Будет сделано, — шмыгнула она носом, отстраняясь и возвращая на лицо маску.

— С богами, госпожа, — сказал Бреон, вставая и склоняя голову. — Мы сохраним всё, что вы построили.

— С богами.

Я вышла из лавки в сырой осенний день. Ветер ударил в лицо. Мой экипаж ждал у перекрестка. Кучер, увидев меня, подобрал вожжи.

— Домой, леди?

Я замерла на подножке. Домой? Там ждал больной брат и тревожный отец. Там ждали чемоданы. Но у меня оставался еще один долг. И еще одна рунная ловушка, которую нужно было расположить под самым фундаментом дома Ансея, прежде чем я покину город.

— Нет, — сказала я твердо. — На улицу Роз. Сделай крюк.

Ателье уже закрывалось. В окнах гасили свет, помощницы убирали манекены. Но Жизель была на месте. Она сидела в своем «розовом будуаре», но сегодня в ней не было привычного блеска. Тюрбан сбился набок, мундштук в руке дрожал.

Увидев меня, она не стала кричать приветствия. Она просто махнула рукой, приглашая сесть.

— Вы уезжаете, — сказала она утвердительно. — Весь город говорит об экспедиции.

— Слухи — самые быстрые кони в столице, — кивнула я. — Я пришла попрощаться, мадам. И… спросить.

Жизель погасила папиросу в хрустальной пепельнице. Жест был резким, нервным.

— Если вы о ней… то всё плохо, Лиада.

Модистка понизила голос, хотя мы были одни.

— Я была у них сегодня утром. Примерка зимнего гардероба. Ансей хочет, чтобы она выглядела достойно на приеме в честь Зимнего Солнцестояния. Но она… она тает.

Жизель прижала руки к щекам.

— Кожа под этим проклятым ожерельем… она серая. Как пепел. И горячая. Железо выпивает её. Она уже почти не говорит, только смотрит сквозь стены. Она не доживет до весны, Лиада. Её сердце просто остановится от истощения.

Я почувствовала холод в груди. Ансей убивал свою жену. Медленно, методично, выжимая из неё силу до последней капли, чтобы питать свои амбиции.