Книга Я отменяю казнь, страница 104 – Валерия Войнова

Он не собирался захватывать меня. Он собирался выжечь карету дотла, чтобы не осталось следов.

Он встретился со мной взглядом. Усмехнулся. И начал разводить руки для броска.

У меня была доля секунды.

Моя левая рука нырнула во второй карман. Пальцы сомкнулись на холодном, шершавом боку бракованной «Сферы Тишины». Я знала этот дефект. Тонкая трещина в контуре поглощения. Если ударить такую сферу, она не впитает звук. Она его выплюнет. Многократно усиленным, сжатым в тонкую иглу визга.

— Получи! — выдохнула я.

Я не стала напитывать артефакт — он и так фонил нестабильностью. Я просто с размаху швырнула серый шар под ноги магу.

Сфера ударилась о брусчатку. Трещина лопнула.

Звука как такового не было. Был удар. Невидимая волна, от которой заныли зубы, а в голове словно взорвалась стеклянная банка. Мир качнуло.

Маг захлебнулся вдохом. Он дернулся, словно его ударили дубиной по затылку, и схватился обеими руками за уши. Его рот раскрылся в немом крике — сфера била по нервам, разрывая связь разума с телом.

Его концентрация рухнула.

А магия не прощает ошибок. Огненный шар, который он держал, потерял поводок воли. Он не полетел в меня. Он просто перестал быть заклинанием и стал стихией.

Пламя, сжатое в тугой комок, рвануло прямо в руках своего создателя.

Вспышка была короткой, глухой и страшной. Маг вспыхнул, как промасленная ветошь. Он даже не успел закричать — огонь вошел ему в глотку вместе с воздухом.

Я отползла назад, закрываясь рукой от жара. Меня мутило от вибрации сферы, которая продолжала фонить, сводя с ума.

И в этот самый момент, словно на свет этого живого факела, с обоих концов улицы раздался топот десятков кованых сапог и зычный рев:

— Именем Казначейства! Всем стоять! Бросай оружие!

Фискальная Гвардия. Они пришли за своим золотом.

Я вжалась в грязную, склизкую стену дома, пытаясь стать меньше. Колесо кареты прикрывало меня от арбалетных болтов, но не от звуков.

Кожевенный проезд превратился в скотобойню.

Звон стали о сталь был таким частым, что сливался в единый визг. Наемники Варгаса, поняв, что попали в клещи, дрались с обреченностью смертников. Фискалы давили числом и жадностью. Крики раненых, хрусткостей, тяжелый топот — всё это тонуло в сладковатом, тошнотворном запахе паленого мяса.

Это догорал маг.

Я осторожно выглянула. Фискалы давили числом. Их было десятка два — в черно-желтых мундирах, злые, жадные до чужого золота. Они окружили пятерых наемников Варгаса плотным кольцом алебард.

— Сдавайтесь, твари! — ревел капитан фискалов, грузный мужчина с багровым от натуги лицом. — Кошельки на землю, мордой в грязь!

Наемники не сдавались. Они дрались молча, страшно, понимая, что пощады не будет.
Внезапно одна из теней отделилась от группы обороняющихся. Швырнула под ноги наступающим горсть какой-то серой пыли — стражники закашлялись, закрывая лица руками, — и, воспользовавшись заминкой, рванул не в атаку, а в сторону. Прыжок на кучу ящиков, рывок на забор — и его силуэт растворился в темноте соседнего двора.
Крыса сбежала.

«Ушел, — с холодной злостью отметила я. — Значит, придется ловить его позже».

Но у осташихся людей такой возможности не было. Фискалы смяли их, повалили в грязь, выкручивая руки.

— Вязать! — орал капитан. — Живьем брать! Я вытрясу из них, где остальное!