Книга Сон моих воспоминаний, страница 91 – Саша Блик

В какой-то момент мою руку сжали чуть сильнее. Фет подался вперёд, вглядываясь в лица женщин.

— Виолетта должна оказаться практически в эпицентре взрыва — я правильно понял?

Тола с Берхане переглянулись и по очереди кивнули.

— А каким образом вы собираетесь обеспечивать еёбезопасность?

Женщины вновь переглянулись и отвели глаза.

— Никак, — вздохнула Тола. — После восстановления источника она погибнет. В точности как разрывающие древности.

Бег успокаивал. Подошвы ботинок с силой впечатывались в землю. Размеренный ритм заставлял забыть — или хотя бы перестать думать — о том, что я узнала. О том, что мне предлагался выбор: погибнуть уже этой зимой или сохранить жизнь на несколько лишних лет, чтобы сгинуть вместе со всеми остальными людьми. В последнем случае оставался вопрос, как мне продолжать смотреть людям в глаза, зная, что все они скоро погибнут, и я могла бы их спасти, но не захотела.

За плечом слышался шелест камней. Ритм звучал медленнее, чем мой. Фет бежал следом. Держал дистанцию, позволяя мне с одной стороны почувствовать уединение, с другой — давал понять, что он рядом. Причём лицо у него при этом было такое, что любому становилось ясно: подходить к нам не стоит. Ну, почти любому. Тола, кажется, особой проницательностью не страдала. Потому что прямо сейчас стояла посреди дороги, скрестив руки на груди.

— А ну стойте, вы, оба, — прозвучало грозно. Достаточно грозно, чтобы я остановилась. В обычном своём состоянии.

Я плавно обогнула ведунью слева, Фет — справа. Женщина растерянно обернулась, провожая нас взглядом.

— Говорю же…

Не сбавляя ритма, мы побежали дальше. Ещё несколько мгновений — и сзади послышались торопливые шаги. Тола бежала следом. Я бы даже посочувствовала ей — ну не созданы целители для физических нагрузок, по дяде знаю. Но сейчас мне было глубоко наплевать на чужие проблемы. Поговорить? Нет уж, спасибо. Без меня.

— Йонги… С кем пришёл йонги? — послышалось сбивчиво.

Я со вздохом замедлила шаг и обернулась. Губы искривились от отвращения. Йонги, ньёкаби, разрывающие… Что дальше? Могу я хотя бы в последние месяцы своей жизни обойтись без незнакомых слов?

— Не йонги, а кот, — выдохнула я, стараясь обуздать рвущуюся наружу ярость. — Говори, пожалуйста, правильно.

Не очень вежливо, но да ладно. Мне простительно, я, считай, смертница.

Фет остановился рядом со мной, недобро сверкая глазами. Тола тоже замерла на месте, растерянно хлопая глазами.

— Но йонги — это не кот, — возразила она. — Йонги может быть похож на кота. Внешне. Иногда на собаку. Или даже птицу. Но это дух-хранитель, обитающий в лесах.

Мы с Фетом озадаченно переглянулись, и я закатила глаза.

— Какая разница, дух он или нет?

— Он просто кот.

Мы сказалиэто одновременно. А Тола оживилась и быстро приблизилась.

— Не просто кот. Йонги — дух-хранитель, и он следует лишь за теми, в ком есть кровь коренных народов.

— Тогда точно нет, — усмехнулся Фет. — Не обессудьте, но кот пришёл со мной.

Мы развернулись, чтобы продолжить бег, но Тола не дала нам ступить и шагу. Вцепилась пальцами в рукава.

— Тогда тем более вам нужно пойти со мной.

Мы синхронно проследили за пальцами, удерживающими нас за одежду. Выше, вдоль рукава и остановились на глазах ведуньи.

— Куда?

— В мою лабораторию. Будем проверять кровь Фета.