Книга Игры Огня, страница 90 – Ольга Пашнина

— Так, ребята, — радостно улыбнулась я, — жизнь налаживается. Сейчас добудем какой-нибудь еды. Аспер?

Он равнодушно пожал плечами. Дашкова больше интересовал мир вокруг. Он с любопытством рассматривал машины, провода, яркие неоновые вывески и людей, каждый из которых не отрывался от экрана телефона. Пожалуй, это был первый раз, когда я увидела в нем хоть какие-то позитивные эмоции.

Неподалеку я увидела передвижной фургончик, из которого продавали хот-доги и бургеры, и направилась прямо к нему. Вскоре три горячих, ароматных хот-дога, щедро политых майонезом и горчицей, были у меня в руках. Наверное, не стоило кормить парней этим — по крайней мере, в магическом Петербурге я подобной еды ни разу не видела. Но разве у нас был выбор? На две тысячи рублей сейчас не разгуляешься. К тому же мне не хотелось уходить далеко от «Зингера», хотя я и не понимала, почему. Наверное, следовало развернуться и бежать, бежать как можно дальше. Спрятаться дома и не вспоминать реальность Дашкова как страшный сон.

Но не могла же я бросить Светлова. Поэтому я вернулась и раздала парням хот-доги. Михаил быстро вгрызся в свой и с наслаждением облизнулся. А вот Аспер смотрел на предложенную еду так, как будто я предложила ему съесть комок навоза.

— Слушай, скажи спасибо. За все твои выходки я должна не кормить тебя, а толкнуть под трамвай.

Покосившись на Светлова, посмотрев, как я откусываю от сосиски, Асперсунул угощение в рот. Словно убедившись, что никто не собирается его травить, и мы едим то же самое.

Потом мне захотелось пить. Я сбегала за колой, и она привела их в настоящий восторг. И когда мы уже примеривались для нового захода через толпу, я услышала знакомый голос: «Ярина! Ярина!»

— Папа? — Я обернулась. Через толпу ко мне шел отец, причем он был в рабочей форме. Я бросилась к нему. — Что происходит?

— Я надеюсь, тебя не было внутри? — Он кивнул на здание.

— Нет, мы только подошли. А что-то случилось? Ты…

— Я на вызове. Был пожар. Тебе лучше уйти.

Я совсем не заметила пожарных машин — они стояли с другой стороны, и толпа мешала как следует их рассмотреть. Да, у меня и мысли не возникло, что здесь может быть пожар. Что там вообще случилось и связано ли это с нашим появлением здесь?

— Но вы же все потушили? — спросила я.

— Еще не все. И внутри есть баллоны — там находился ресторан. Есть опасность взрыва.

— Ты же туда не пойдешь? — с ужасом спросила я.

Нет, я знала, что у папы опасная работа. Он был пожарным, не раз спасал людей, их жизни и, конечно же, оказывался в опасности сам. Но одно дело знать, тем более что папа не любил рассказывать о работе и пугать нас с мамой. Другое дело — видеть лично. Вот оно, здание, которое может вот-вот взлететь на воздух. И твой отец должен в него войти.

Просто взять и уйти, сделать вид, что ничего не было, я бы не смогла. Не обращая внимания ни на Светлова, ни на Дашкова, которые следовали за мной, я обошла улицу и зашла со стороны, где стояли пожарные машины и скорые.

Пожарные заходили в здание снова и снова, выводили людей, протягивали шланг. Из окон вскоре начал валить дым. Затем раздался взрыв, но, к счастью, не сильный. Мы даже не вздрогнули. Папа скомандовал сослуживцам, и они бросились в здание.

Сердце бешено стучало, так сильно, что готово было вот-вот выпрыгнуть из груди. Липкий страх отзывался внутри тошнотой. Я, закусив губу, стояла и смотрела, каждую секунду отсчитывая в ожидании, когда папа вернется. И, наконец, он появился.