Книга Игры Огня, страница 106 – Ольга Пашнина

Она заполнила все. Вены, желудок, горло. Покалывала кончики пальцев, готовая вот-вот с них сорваться. Ненависть сожгла и страх, и сомнения и… человечность?

Моя рука с усилителем поднялась сама собой, повинуясь не разуму, а этому всепоглощающему чувству. Я даже не целилась.

Я просто выплеснула огонь наружу.

Это был взрыв. Ослепительная, ревущая волна пламени сорвалась с кончика палочки и устремилась вперед с такой силой, что отбросила меня назад. Она ударила в Аспера, лишь чудом успевшего выставить ледяной щит. И, если бы он этого не сделал, наверное, убила бы.

Огненный шар, раскаленный добела, прочертил в воздухе дугу и со свистом понесся прямо туда, где я раньше тщетно пыталась разглядеть почетного гостя.

В возвышающуюся над ареной императорскую ложу.

— НЕТ! — услышала я до боли знакомый голос.

Где-то сбоку мелькнула фигура Светлова.

В этот же миг защитное поле, ограждающее зрителей от случайных выбросов магии, вдруг сверкнуло и почему-то погасло.

Светлов кинулся наперерез огненному шару, и дальнейшее я видела словно в замедленной съемке. Вот на лице императора появляется удивление, вот его собой закрывает Михаил, и огненный шар врезается в него, заставляя осесть на землю.

— Нет, — прошептала я. — Нет!

Бросилась к нему, перемахнула через ограждение, и ни один стражник не решился меня остановить.

— Откудаты здесь взялся⁈ Ты же должен быть с командой под трибуной! — прокричала я, опускаясь на колени рядом с Михаилом. На его груди зияла страшная обожженная рана. — Что ты здесь делал⁈

Михаил открыл глаза и с трудом сфокусировал на мне взгляд. В уголке его губ появилась капля крови.

— Искорка, — он слабо улыбнулся, — знаешь… Я был не прав. Жить ради тебя было приятно. А умереть ради императора… честь.

— Не говори глупостей, — чувствуя, как подкатывают слезы, произнесла я. — Ты не умрешь. Сейчас приедут врачи, или кто здесь людей лечит… и тебе помогут, спасут!

Я попыталась зажать рану, но как можно было зажать ожог, прошедший через внутренности? У меня из груди вырвались рыдания, и Светлов, вложив последние силы в этот жест, взял меня за руку.

— Искорка, — его голос становился все тише. — Мне очень больно. Прости… но тебе лучше не смотреть на то, что я сейчас сделаю.

— Держись, слышишь? Не смей сдаваться! Ты не можешь умереть, ты не можешь оставить меня одну в этом проклятом мире!

Я чувствовала, будто говорю какими-то фразами из дурацких фильмов. Светлов из последних сил сжал мою руку.

А потом… потом я увидела, как его кожа покрывается инеем. И до самой последней секунды, пока не застыл его взгляд, я чувствовала, как холод, который охватывал его тело, пробирает изнутри и меня.

Я уже видела этот кошмар, который сейчас воплощался наяву. В хрустальном шаре, полученном из рук Дмитрия. Предсказание всегда сбывается. Иногда совсем не так, как мы того ожидаем.

Я подняла голову и сквозь слезы различила силуэт Аспера.

— Ты обещал, — сквозь зубы почти простонала я. — Ты обещал, что его не тронешь!

Аспер неторопливо подошел, опустился на колени возле мертвого Михаила, наклонился так, чтобы не слышали окружающие, и с улыбкой произнес:

— Я не нарушал слово, Ярина. Иммунитет защищал его от меня, а не от тебя. Ты еще не поняла? Меня невозможно обыграть. Я всегда получаю то, что хочу. А самая сладкая боль — та, что вы причиняете себе сами.