Книга Король драконов. Её тайный попечитель, страница 15 – Татьяна Демидова

Под моими пальцами снег темнеет, тает. Из почвы, с мучительной медленностью, выползает несколько тонких, бледных, почти прозрачных корешков. Они лежат на земле, безжизненные и жалкие. Жемчуг в диагносте тускло поблёскивает.

— Заставь их дать стебель. Лист. Цветок, — командует магистр, не давая передышки.

Голова начинает болеть, во рту возникает горький привкус.

Я давлю на пустоту внутри, заставляю её отозваться. Бледные корешки вздрагивают, утолщаются. Из них вытягивается чахлый, искривлённый стебелёк, появляется один жёлтый, недоразвитый листок. Цветка нет.

Растение замирает, словно выдохшись, и начинает медленно чернеть, рассыпаясь в труху.

— Магия света. Дай вспышку.

Я щурюсь, пытаюсь представить солнце. Из моей поднятой ладонивырывается тусклая, быстро гаснущая вспышка, больше похожая на бледную молнию. Алмаз в амулете мигает на мгновение.

— Тьма. Погаси солнце над нами.

Я концентрируюсь на тени, на поглощении. Воздух вокруг нас на секунду становится гуще, темнее, но тут же снова светлеет. Оникс в оправе диагноста дрожит.

— Иллюзии. Покажи мне… птицу. Летящую.

Перед моими глазами пляшут чёрные точки. Я собираю остатки сил, выжимаю из себя последнее.

В воздухе, с искажением, на две секунды возникает расплывчатый силуэт, отдалённо напоминающий птицу. Он дрожит и тает, как дым. Аметист отвечает слабой вспышкой.

Кервин закрывает блокнот. Он подходит ближе, его взгляд изучающий, но без осуждения.

— Средний уровень. На грани низкого. Но отклик есть по всем базовым спектрам, — говорит он, и в его голосе снова проскальзывает что-то похожее на тепло. — Это уже что-то. Те, кого называют пустышками не дают и десятой доли такого.

— У меня никогда… такого не получалось, — тяжело дыша, чувствуя безмерную усталость, отвечаю я.

Магистр смотрит на мой браслет, потом на амулет-диагност, который теперь пульсирует на моей груди ровным, разноцветным свечением, словно живое сердце, составленное из осколков.

— То, что ты сделала сейчас. Это не твоя истинная магия, верно, Даника? — его вопрос звучит тихо. — Это попытка ей подражать. Копировать то, что делают другие. Ты играешь на поверхности. А нам нужно заглянуть вглубь. Туда, где живёт твоя тишина.

Я поднимаю на него глаза. Усталость валит с ног, но в его словах есть что-то, что придаёт сил.

— Как? — с трудом спрашиваю я.

— Снимем ограничитель, — спокойно говорит магистр. — На время. Только для следующего теста. Здесь, в этом поле, это безопасно.

Он протягивает руку к моему запястью. Его пальцы находят скрытый механизм на браслете.

Я замираю, сердце заходит бешеным галопом. Страх и невыносимое, давно забытое ожидание разрывают грудь изнутри.

Замочек на браслете раскрывается с тихим щелчком.

Холодная тяжесть браслета соскальзывает с запястья и оказывается в руке магистра Кервина.

Я замираю, ожидая... Чего? Взрыва? Освобождения?

Сначала ничего. Потом — прилив ощущений.

Мир наваливается на меня всей своей грубой, шумной реальностью.

Чувствую каждый кристалл снега под ногами, дрожь магических барьеров вокруг поля, пульсацию земли глубоко внизу. Давление воздуха, вкус ветра, шелковистую ткань платья на коже — всё обретает чёткие, острые границы.

И внутри... тишина. Она не исчезла. Она просто перестала быть отдалённым эхом. Она здесь, наполняет меня изнутри, холодная, бездонная, живая.