Онлайн книга «Она любила звезды»
|
А ведь она еще толком ничего и не сделала: всего-то посмотрела на другого мужчину. Что же будет потом... Ариса с трудом подавила нервную ухмылку. Обратной дороги уже не было. Вот теперь – точно. «Уровень кортизола превышает норму. Риск перегрузки центральной нервной системы: критический… рекомендовано избегать стрессовых ситуаций…»–пронеслось внутри. Последняя фраза могла бы насмешить, даже подтолкнуть к истерике, но переварить ее Ариса не успела. Ознаменовав начало, сатхар поднял над их головами ритуальную нить с узлами. Торжественно пробасил: — Связь нерушима, дарованная Пресветлой, сотканная из света и тьмы, из милости и боли. Нет в ней истоков, нет и конца… Он трижды пропустил нить через пальцы, замыкая круг. Закончив первую молитву, поочередно положил ладони на их головы, подав знак монахам-сатариши. Те поднесли чашу с настоем мирры и шафрана. Инрай погрузил пальцы в теплую, пахнущую горечью воду, потом грубо ухватил ее за обе кисти, окунув следом. Омыв, сжал ей пальцы куда сильнее, чем требовалось, отчего на глаза непроизвольно навернулись слезы. «Болевой порог превышен. Предлагается активация протокола физической защиты. Необходимо подтверждение…» Она чуть не согласилась. Неизвестно, что произошло бы, какую защиту могла дать ей эта технология, но Инрай уже ослабил хватку, почти что отмахнулся от ее рук. — Чистыми помыслами встретите вы свой новый путь, – продолжал сатхар, не обращая внимания на происходящее у него под носом. Сатариши уже убрали чашу и поднесли плоское медное блюдо с плодами ритуального дерева. Маленькие красновато-желтые половинки лежали на резном круге. Священник велел им взять по одной и угостить друг друга. Инрай съел быстро, считай, без жевания. Ей же, после того, как он едва ли не силой затолкал в рот кисловатую мякоть, пришлось давиться и сдерживать кашель. Повезло, что вскоре им подали два узких кубка с густым темным вином. Глоток помог сдержать подступившую рвоту. — Единым плодом земли, единым вином ее плоти… духом ее. Верховный сатхар указал на небольшую жаровню с дымящимися углями и травами перед алтарем. — Огонь да очистит помыслы, как вода очистит тело. Церемония необратимо приближалась к своей кульминации – принесениюклятв. Инрай медленно провел раскрытой ладонью над танцующим огнем. Она сделала шаг, повторив за ним. Набравшись смелости, подняла глаза и посмотрела сквозь пелену дыма прямо на наместника Ахмерата. Не украдкой – открыто. Показалось ей или нет, Иссай ганн Даллора подался вперед. Лицо его оставалось собранным, взгляд – обманчиво спокойным, но Ариса поняла: грубость Инрая не прошла мимо него. Он видел все! «Наклон корпуса – признак вовлеченности. Напряжение жевательных мышц – подавляемая реакция. Зрачки расширены – эмоциональная вовлеченность, вероятно, гнев.» Как бы там ни было, сцена его задела, из ничего не значащей превратилась в личную. А именно этого она и добивалась... — И будет сказано слово! Сатхар благословил Инрая, но тот не сразу обратил внимание на старика. Желваки гуляли по его скулам, взгляд потемнел. — Волею Пресветлой Хатры, – тон, с которым он обращался к ней, резал ножом. – Я, Инрай Зарим Банахар, принимаю судьбу, данную мне, клянусь оберегать и направлять ту, кто станет моей супругой… — А теперь ты, дитя, – ладонь священника коснулась ее чела, призывая к клятве. – Произнеси свои слова. |