Книга Она любила звезды, страница 125 – Галина Погорелова

— Верно. У меня всегда было больное сердце, – без удивления ответила Лина. – Я росла хрупкой, но это не мешало мне играть мою роль. Никто не должен был знать: иначе Имперский Совет никогда бы не утвердил мою кандидатуру для отбора невест. Я рассказала Хэйдану за месяц до свадьбы, но к тому моменту он уже полюбил.

— Разве это плохо?

Лина пожала плечами.

— Посмотри сама, куда нас это привело. – Улыбка тут же сменилась грустью в уголках ее губ. – Из-за меня он стоит на одном месте: не может идти вперед. Я должна была дать ему опору, а стала его якорем.

Ариса поняла сказанное по-своему, но кронпринцесса не прервала откровений. Было видно, что ей отчаянно хотелось выговориться.

— Мне не исполнилось и двадцати, когда меня представили ему на отборе. Я входила в тройку лучших кандидаток: наследница Севера, красивая, гордая, избалованная. Да, с изъяном, но из-за этого мне еще сильнее хотелось победить. Доказать родителям и самой себе, что не слабая. А вышло как вышло... Я потеряла голову в первый же месяц. Влюбилась. Он же, на свою беду, выбрал меня. И не отказал…

Не договорив, Лина притихла.

— В чем? В чем он вам не отказал? – поторопила ее Ариса, чуть подавшись вперед.

— В моей прихоти: я выдвинула ему условие. Не суди меня строго. Я ведь действительно была гордой и… глупой. Заставила его пообещать, что стану его единственной. Навсегда. И, как видишь, слово он сдержал. У Хэйдана нет ни других жен, ни фавориток, ни наследников. Только я... Даллора – они все такие. Если уж полюбят, то до конца…

Тоже подавшись вперед,Лина внезапно перехватила ее руки и сжала крепко, до побелевших костяшек.

— Ну помоги мне! Пожалуйста! Мне нельзя умирать. Нельзя, понимаешь? – В ее ясных глазах полыхнуло огнем. – Мало родить наследника! Наследника надо воспитать!

— Я не могу...

— Можешь! – Лина быстро подавила вспышку эмоций, продолжив вполголоса. – Можешь, я знаю. И понимаю, что веду себя жестоко по отношению к тебе. Но ведь ты же…

— ...все равно не проживу долго, – вместо нее закончила Ариса.

— Прости.

— Вам не за что просить прощения. Я вас понимаю. Вы мать.

— Так ты сделаешь это? Исправишь меня?

Высвободив руки, Ариса не ответила ни согласием, ни отказом.

— Я обязана сказать наместнику.

— И он даст разрешение?

— Не даст, – она покачала головой, догадавшись. – Вы хотите, чтобы я сделала это сейчас, пока нам никто не помешает? – Получив же уверенный кивок в ответ, продолжила: – Вы должны учесть риски: они велики. И то, что вы можете погибнуть. Вдвоем… Это вы также должны знать.

— Но шанс ведь есть?!

— Тридцать один процент на успех, но и двенадцать процентов на летальный исход...

— Я согласна!

— Постойте! – вскинув руку, Ариса не стала смягчать правду. – Даже это не даст вам долголетия. В лучшем случае – пятнадцать-двадцать лет: при постоянном лечении и правильном питании, соблюдении всех мер. И мое вмешательство не уберет последствия отравления. Я уже говорила, без дополнительного оборудования провести полноценную операцию невозможно. А того, что есть сейчас, недостаточно. Мне придется использовать личный резерв – внедрить часть нейрошунтов в ваш организм. Они сохранятся там навсегда: укрепят сердце, устранив первоначальный дефект. К тому же… – она накрыла вырез на своем платье ладонью, чуть ниже ключиц, – вот тут у вас останется большой шрам.