Книга Кошачий глаз в волшебный час, страница 82 – Ольга Богатикова

– Если хотите, можете завтра на работу не приходить, – сказала я Чарской. – С бухгалтерией я разберусь сама.

– Спасибо, – серьезно ответила она. – Идем, Коля. Нас ждет такси.

Митрофанов взял ее под руку, ласково мне улыбнулся, и они неторопливо вышли на улицу.

Женщину звали Надеждой. У нее были длинные темные волосы, собранные в небрежный пучок старым пластмассовым «крабом», гипюровая блузка с рюшами, тяжелая джинсовая юбка и линялый бесформенный пиджак то ли черного, то ли темно-серого цвета. Месяц назад Надежде исполнилось сорок шесть лет, однако на вид ей можно было дать не меньше пятидесяти пяти.

Ее кожа казалась дряблой, лоб пересекали две глубокие морщины, под сердитыми карими глазами виднелись мешки, тонкие сухие губы были недовольно поджаты.

Надежда пришла в «Кошачий глаз», чтобы получить немного денег за два тонких обручальных кольца, золотые мужские запонки и массивный перстень-печатку. Эти вещи принадлежали ее покойному мужу – дебоширу и пропойце, который месяц назад, аккурат в день рождения супруги, отправился с друзьями на городской пруд и утонул, когда в холодной воде его схватила судорога.

На похоронах Надя не плакала. Как можно печалиться по человеку, который двадцать пять лет трепал ей нервы пьяными выходками, месяцами сидел без работы, а когда жена отказывалась давать ему деньги на спиртное, набирал кучу микрозаймов, которые эта самая жена потом и выплачивала?

Надя неоднократно собиралась подавать на развод, но каждый раз находилось что-то, мешавшее ей это сделать. Друзья и родные упрекали ее в бесхребетности, а родной сын, фактически сбежавший из дома в университетское общежитие, считал: в том, что их семья является неблагополучной, мать виновата не меньше отца.

В глубине души Надежда была с ним согласна. Она не могла заставить себя встречать опостылевшего супруга без крика и ругани, а уж готовить для него еду и наводить в доме порядок было попросту выше ее сил. Таким образом, и квартира, и вся их супружеская жизнь превратились в большой вонючий свинарник.

Иногда Надя задумывалась: в какой момент они свернули не в ту сторону? Как вышло, что ее веселый заботливый муж превратился в равнодушного лентяя-алкоголика, а она, красавица-хохотушка, стала невзрачной раздражительной теткой, способной устроить скандал из-за случайного косого взгляда? Впрочем, эти мысли Надя сразу же гнала прочь. Копаться в себе ей было некогда – требовалось зарабатывать деньги, чтобы кормить и одевать сына, а еще выплачивать кредиты, которые в очередной раз набрал на ее голову горе-супруг.

Теперь горе-супруг лежал под землей. Никто не дышал на нее перегаром, не бормотал над ухом бессвязную ерунду и не бесил своей заплывшей отвратительной рожей.

В какой-то момент Надя решила убрать с глаз долой все, что напоминало ей о покойнике. В итоге часть его старых вещей отправилась на помойку, часть оказалась подарена родственникам, а золото, чудом пережившее затяжные запои, ныне лежало на моем столе.

Между тем вместе с запонками и старыми кольцами клиентка принесла с собой вещь, заинтересовавшую и меня, и Сташека гораздо больше, чем старые украшения.

– Я могу дать вам за все это десять тысяч рублей, – сказала я посетительнице.

– В другом ломбарде мне за них предлагали пятнадцать, – недовольно поджав губы, ответила та.