Книга Райские птицы, страница 7 – Анастасия Вронская

– Я достаточно громко и четко выразилась, Мила, – твердо возражаю я, скрещивая руки на груди. Возможно, я не права. Вероятнее всего, очень сильно не права. – Мы перенесем человека, дождемся, пока он очнется, и ты споешь снова. Так, чтобы он ушел, а не плашмя свалился.

Бажена молча наблюдает за перепалкой, не решаясь нас прерывать. Мила хочет возразить, но быстро тушуется:

– Поступай как знаешь. Я в этом участвовать не буду, – делано небрежным тоном отрезает она, прежде чем улететь.

Мы с Баженой в молчании тащим мужчину за руки к западному склону холма – сестры давно привыкли к тишине сада, но теперь она кажется натянутой, словно тетива лука. Убедившись, что незнакомец не очнется немедля, мы опускаем его на траву и, прислушиваясь к каждому вздоху, сами устраиваемся неподалеку. Проходит несколько томительных минут, прежде чем он шевелится и веки его подрагивают, а сам он открывает глаза. Взгляд кажется затуманенным, но постепенно в нем появляется осознание.

– Где я?.. – тихо спрашивает он, пытаясь опереться на локоть. Сначала в его взгляде лишь смутная боль и растерянность, но вскоре глаза, зеленые, как только проклюнувшаяся листва, начинают лихорадочно бегать по сторонам. Задержавшись на нас с Баженой, он преодолевает мгновенный ужас и хмурится.

– Кто ты и почему пришел сюда? – нетерпеливо бросаю вопрос. Уверенно выпрямляю спину, вперив суровый взгляд в незнакомца.

– Почему я все еще жив?.. – густо и низко вопрошает он, выглядя пораженным. Мы с Баженой растерянно переглядываемся: кажется, целая вечность прошла с тех пор, как человеческая речь проникала в эти места. Тишина повисает между нами, пока я не решаюсь заговорить первой. Хмуря темные брови, незнакомец изучающе глядит на нас, ожидая то ли ответа, то ли подвоха. Но ничего из этого не следует: я замираю, очарованная неизведанной жизнью, что скрывается за темной зеленью его радужек. – Это морок или колдовство? Я наслышан от жителей окрестных деревень о том, что в сей яблоневый сад никто носу не сует – боятся.

– Коль пришел один – не боишься, – строгим тоном говорю я. – Для чего пожаловал? Советую отвечать быстро и прямо, иначе пощады не жди.

Слышу короткий смешок от Бажены. Шикаю, приказывая ей замолчать, а мужчина тем временем не отводит пристального, бесстыжего взгляда от наших крыльев. Когда он приподнимается с земли, солнечный луч скользит по его шее и вдруг вспыхивает в зеленом самоцвете, который я замечаю только теперь. На миг меня отвлекает этот холодный отблеск, и я ловлю себя на том, что невольно любуюсь игрой света. Еще миг – и я снова вспоминаю, что передо мной может быть враг. С кожаного пояса свисают ножны и фляга.

– Говори, человек. Зачем ты проник в наш сад? Питаешь воровские помыслы, не иначе?

От его взгляда у меня странно теплеют щеки. Злилась бы я, да только чувствую: в нем замешано не одно лишь любопытство. Но незнакомец не глуп – он быстро надевает личину безразличия и твердым голосом отвечает:

– По яблоки пришел в ваш сад, в округе лето жаркое, сухое, неурожай в деревнях. Плодами разжиться хотел. – Его речь четкая и ровная, слова подобраны заранее, думается мне. – Уж знал, что местные в это место не захаживают, но не думал, что с самой окраины меня встретит опасность.

– Не дури меня, человек, – не выдержав очевидной лжи, неосознанно повышаю голос и продолжаю сурово: – При тебе меч, но ни лукошка, ни корзины. Сколько же яблок ты хотел унести?