Книга Развод по-попадански, страница 60 – Ива Лебедева, Ирина Смирнова

Лора сидела на полу между висящими платьями, поджав под себя ноги, и беззвучно плакала, прижимая к груди тряпичную куклу. Увидев меня, девочка вздрогнула и притихла, ее огромные глаза были полны страха, но кричать и звать на помощь она не стала.

– Лора! Вылезай сию же минуту, дрянная девчонка! – прозвучал с лестницы резкий голос Эдгара.

Инстинкт сработал быстрее мысли. Я втиснулась в гардероб, в щель между платьями и стеной, и притянула к себе Лору, прикрывая ее своим плащом. Дверца захлопнулась, оставив нас в полной темноте.

В комнату вошли несколько человек. Эдгар и, судя по тяжелым шагам, еще двое мужчин.

– Лора! Кончай дурить и выходи!

Я чувствовала, как мелкая дрожь бежит по телу девочки, крепко прижавшейся ко мне. Она почти не дышала. Зато мое собственное сердце колотилось слишком громко.

Буквально в паре шагов от нас был тот, кто готов на все, чтобысохранить свою власть над ребенком. И единственное, что нас разделяло, тонкая дверца шкафа. Но я не собиралась отдавать ему Лору ни за что на свете!

В отчаянии я принялась шарить рукой вокруг в поисках чего-то понадежнее ногтей и коленей. И нащупала что-то твердое и удлиненное. Деревянную вешалку с зазубренным сломом на одном конце. Идеально. Если сейчас неожиданно выскочить и ткнуть этим обломком в лицо… Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно даже сквозь дверцу. Лора прижалась ко мне, ее маленькое тельце дрожало, но она хранила молчание. Хорошая девочка, храбрая и умная.

Но тут в доме внизу поднялся невообразимый шум. Грохот, крики, звон разбитого стекла. Чьи-то гневные голоса, женские вопли.

– Что происходит?! – взвизгнул Эдгар прямо за дверцей гардероба. И, судя по удаляющимся шагам, заспешил к выходу из комнаты. – Кто посмел?!

Хаос. Божественный, прекрасный хаос. Не знаю, кто там внизу, но это был наш шанс. Прислушавшись, чтобы убедиться, что в комнате никого не осталось, я открыла дверцу. Лора тут же вцепилась мне в плащ, и я подхватила ее на руки – она была легкой, как пушинка, – и рванула к двери. Вешалку я захватила с собой – на всякий случай.

Лестница. Темная, скрипучая. Снизу доносились звуки борьбы – глухие удары, ругань, чей-то стон. Крепко прижимая Лору к груди, я бежала вниз, почти не касаясь ступенек. В голове стучало: «Черный ход – и свобода!»

Мы уже были внизу, в темном коридоре, ведущем к кухне и желанной двери на улицу, когда на нас налетел какой-то здоровый детина с перекошенным от злобы лицом.

– Стой, отдай ребенка, дрянь! – зарычал он, протягивая лапищу.

Я замерла, одной рукой удерживая вцепившуюся в меня Лору, и занесла свою вешалку для отчаянного удара. Но он не понадобился. Сзади мужика возникла высокая тень. Молниеносное движение, и эфес шпаги со звоном опустился на голову негодяя. Тот рухнул как подкошенный, не успев издать ни звука.

Я подняла глаза и встретилась взглядом с Мораном. Он стоял, заслоняя нас от остальной суматохи, его каштановые волосы были растрепаны, в глазах – настороженность, решимость и… недоумение? Он с удивлением смотрел на меня, закутанную в плащ с головы до пят, с ребенком на руках. Секунда. Две. Испуганная женщина, спасающая ребенка. Он не узнал меня. Не должен был узнать.

– Джелика? – Его голос был хриплым от напряжения.

Мотнув головой, я рванула к двери и выскочила в ночь, не оглядываясь. Лорапритихла, спрятав лицо у меня на шее. Я бежала по темным переулкам, петляла, прижимаясь к стенам, пока в легких не стало хватать воздуха. Только тогда замедлила шаг и, затаившись в глубокой нише между двумя домами, прислушалась. Ни шагов, ни криков погони. Только лай собаки где-то вдалеке.