Книга Амбассадор Хаоса, страница 98 – Мария Карела

– Мрак? – жалобно позвал меня очнувшийся Шанталь. Судя по звукам, он пытался открыть саркофаг, чего система, разумеется, не собиралась допускать. – Почему так жарко?

Глаза чесались, странные пятна прыгали перед глазами, и я не сразу понял, что пятна – это огонь. Открытый огонь, вашу мать, пляшущий на стене лазарета!

Я вскочил, схватил огнетушитель, сломал предохранитель и швырнул в огонь. От тепла система сработала мгновенно, охватывая все нагретые части стены и столика с инструментами, затягивая их в плёнку. Зашипело, засвистело, и огонь погас. Я открыл саркофаг, понимая, что Шанталю страшно там лежать в такой момент. Включилась принудительная вентиляция, пахнуло озоном, запах гари мгновенно исчез.

– Что происходит?! – в лазарет ввалился Арджи.

– Пожар, – хмуро сообщил я, кивнув на затянутую в пластик стену. – И вот чтоб я знал, кто виноват.

– Мне снился огонь… – сообщил Шанталь.

– Мне тоже, но это логично, наши сны всегда отражают изменения реальности.

– Вы в порядке? – вбежала Ззкерра.

– Да, – ответил я за обоих. – Свет только не включай.

– Вири предупреждала, я помню. Что случилось? Замыкание?

– Я выясню.

– Никаких «выясню», – покачал головой Арджи. – Я всё осмотрю, а вы оба ложитесь спать. Я только уложил Вири, она столько часов над вами обоими просидела.

– Спать я не хочу, а полежать полежу, хорошо, – не стал я спорить. – Посмотри, откуда началось возгорание. У меня в мастерской лазерный термометр, он покажет самое горячее место.

Ззкерра осмотрела Шанталя, обработала кожу.

– Неплохо вроде, динамика положительная, – она пробежала глазами скинутую себе с саркофага информацию. – Жить будешь. Рассказывай давай, раз очнулся, как тебя угораздило?

– Надеюсь, на всю жизнь запомнишь, что нельзя тянуть в рот что не попадя, – добавил я. – Зачем жрал ягоды?!

– Да я всего парочку, – смутился Шанталь. – Они же маленькие…

– Ты не погиб только чудом, – сурово сказала ему Ззкерра, – и имя этого чуда, как обычно, Мрак. Если б он не бросился за тобой следом сразу, мы бы не смогли тебя найти – ветром моментально задуло все следы.

– Да я не помню ничего толком… Больно было, холодно, потом жарко.

– Это мы ещё обсудим. А что касается маленьких ягод – в некоторых таких яда хватит на роту. Никогда больше так не делай.

– Не буду… – насупился Шанталь.

– Постарайся вспомнить, когда ты съел ягоды?

– Утром. Проснулся, вы ещё спали. Было скучно, я их разглядывал, понюхал, потом съел.

– Что ты чувствовал?

– Да ничего такого. Ягоды вкусные, сладкие, жестковатые, но больше я решил не есть. Потом почувствовал какую-то неудовлетворённость, чего-то хотелось. Я встал и пошёл… пошёл… потом помню – Вирилада, я ещё удивился,что она откуда-то взялась. Потом пелена. Больно. Холодно. Потом жарко.

– Видимо, этот минерал встраивается в общее поле и собирает всех, кто его употребил, в сферах. Что-то сложнее обычного магнитного. Непонятно, как именно он воздействует, и можно ли сопротивляться.

– Ну Шанталь недалеко от оленя ушёл, а ты, думаю, смог бы, – захихикала Ззкерра, но у Шанталя не было сил даже отвечать ей.

– Не уверен, тут может быть вопрос не в силе воли, я всё же анатомию знаю в виде курса «туда бей, сюда не бей», а строение мозга для меня туманно. В общем, ничего не есть, ничего не пить. Дышать, наверное, можно.