Книга Рождение Чарны. Том 1. Шпионы Асмариана, страница 60 – Алена Лотос

— Это самый удачный момент, чтобы представить тебя Тильгенма́йеру, — кивнул Аксельрод. И мы подошли. Старичок тут же заметил нас. Стянул маску и чуть каркающим голосом весело сообщил:

— Устал я от этого ежегодного маскарада. Пусть молодежь развлекается, а я слишком стар для этого уме́дре [5: Уме́дре — дерьмо (мет.)]!

— Потому я не ношу масок на праздник, — согласился Аксельрод, успевший занять трон по правую руку от старичка.

— Я говорил тебе, Аксельрод, — продолжал он с улыбкой, — что Бахад Мунташей — мой любимый праздник именно из-за следующего за ним бала. Ведь именно в танце человек раскрывает истинные порывыдуши, а То́ния никогда со мной не соглашалась… — голос сидящего был низким и глубоким, будто доносился из бездн его мудрости, — Так вот куда вы так рано сбежали сегодня утром, Аксельрод! Всем сказали, что поедете в Храм готовить праздник, а сами отправились за юной спутницей! Где же вы держали ее все это время?

— Она недавно прибыла в наши окрестности и остановилась у добрых людей за стеной, пока я готовил пропуск в город, — сухо отвечал Аксельрод.

— Не стоило держать эту прекрасную особу за стенами, дорогой лиджев. Сразу вели бы сюда! Мы прекрасно вас знаем и приняли бы тут, в Доме Круга. Однако не забывайте по друидские обеты.

Казалось, Аксельрод слегка смутился, но ничего не сказал.

— С какой же целью вы все-таки привели ее? — не сбавляя градус веселости, продолжал старичок. — Хотя, постойте, пусть она сама расскажет о себе, про ваши планы мы узнаем позже.

Я широко распахнула глаза и тут же потупилась. Негоже так лупиться на уважаемых людей. Нужно отвечать, биографию мы зазубрили. Аксельрод цепко и испытующе смотрел на меня, Тильгенмайер глядел с восторженным интересом. Откашлявшись, я повела свой рассказ:

— Меня зовут Минати Летико, я из города Пелеплене́с…

— Да-да, я чувствую, что у вас не наш выговор, дорогая. Вы так мягко и медленно произносите согласные! — перебил Луноликий. — Простите, продолжайте!

Я слегка оторопела. Какой-то десяток слов, произнесенных со слабым акцентом, способен выдать меня⁈ Аксельрод тоже напрягся, хоть по его расслабленной позе и отсутствующему выражению лица сложно было об этом догадаться.

— Я сирота, — нервничая, я стала говорить еще медленнее, — и долгое время воспитывалась в Добром приюте у лиджи И́нгрид И́збоэн. А потом в пятнадцать, я умудрилась заморозить при купании всю воду, и тут же была направлена в Чертог…

— Как, как вы сказали, «заморозить при купании»? — и в полутьме залы я увидела, как у старичка заблестели глаза.

— Да… — я снова потупилась, всем своим видом показывая, что мне, собственно, нечем гордиться.

— Это восхитительно! И много воды вы заморозили? — не унимался пожилой Друид.

— Пару кувшинов и деревянную бадью…

— Прелестно, прелестно! Продолжайте, пожалуйста!

— В Чертоге преподаватели занимались со мной по индивидуальной программе. Я оказалась ледяным магом, безвсякой предрасположенности к природной магии.

— Как жаль, как жаль… — сокрушенно покачал головой собеседник. Глядя на него, я никак не могла понять — говорит он это искренне или просто притворяется безумным стариком.

— Именно поэтому Минати и приехала, — внезапно вмешался Аксельрод. — Негоже, когда наши колдуны не знают азов природной магии. Дирекция Чертога решила прислать девушку сюда, чтобы лучшие учителя Академии сделали из нее Друида. Ну, а я решил взять на себя смелость и стать личным учителем лиджи Летико. Требуется лишь ваше позволение, Луноликий.