Онлайн книга «Рождение Чарны. Том 1. Шпионы Асмариана»
|
Впереди, на некотором отдалении замаячила процессия. Судя по установившейся вокруг ауре — процессия скорбная. Высокие носилки, накрытые красным балдахином, несли восемь служащих. За ними шла огромная толпа. И среди шумных торгашей, предлагающий невиданный экзотический товар, протискивались и утирали слезы женщины в белых траурных одеяниях. Я остановился, едва понимая смысл происходящего. На ноги тут же наступили, толкнули, ударили локтем. Пришлось потесниться и отойти в сторону. Шествие протянулось через всю центральную улицу узкого Торгового района. И оно не кончалось. Некоторыеторговцы, из тех, у которых еще остался стыд перед Богиней и Ее усопшими, спрашивали у окружающих: — Что случилось? Кого хоронят? И получали недвусмысленные ответы. — Как, вы не знаете? Воплощающую Землю. — Да вы что! Члена Круга⁈ — Да, представляете… — Ой, что будет… Это же теперь ее молоденький помощник станет новым Воплощающим⁈ — Убереги нас Митара! Я видел, как на носилках в сторону Храмового района уносили тело моей микарли. Сцепив зубы, я сунул сжатые кулаки в карман потрепанного грязно-зеленого плаща. По всему телу пробежала волна мурашек. Потом другая, третья. В ослабшем мозгу с трудом укладывалась мысль о том, что она мертва. Ее больше нет. Больше никого нет… Все покинули. Даже Богиня! «Ты сам всех предал! Ты сам от всех ушел!» Продолжали глумиться голоса. «Только Богиня любила тебя истинной, вечной любовью, но ты расстроил и Ее! Не видать тебе больше никогда Ее Лика!» Пожалуйста, нет… Как я буду жить без Нее? Она умерла. Ушла… «О, она завещала тебе свое изумрудное кольцо! Помнишь его? Только оно тебе больше не поможет. Самая лучшая изумрудная пыль, самые лучшие краски, кисти и холсты больше не помогут тебе. Потому что Богиня покинула тебя. Потому что ты больше недостоин. Ты раб только лишь!» Нет… «Авия Силента, возлюбленная Богиней, теперь рядом с Ней. И всю вечность она будет лицезреть истинный Лик богини. А ты так и останешься во тьме и одиночестве, пальта!» — Ариэн! Этот голос. Оборачиваюсь резко, что напуганная светловолосая девушка в красном делает шаг назад. Рядом с ней немолодой мужчина. Он мягко и нежно держит ее за руку. Молчу. Кто же она? Почему мне знаком этот голос? — Гила́м вата́м, Ариэн. Ты тоже пришел проститься с Авией Силентой? — спросила девушка. Не дождавшись ответа, взглянула беспокойно на мужчину. — Дорогой, это — Ариэн Аваджо, невероятно талантливый художник! Помнишь, я говорила тебе о нем? — Приятно, лиджев Аваджо! Я Пьетер Максвелл. Рад, наконец, поприветствовать вас лично. Жена очень много о вас рассказывала, — и мужчина совершает вежливый приветственный жест. — Кто, простите? — не понимаю. Его жена? Да кто они такие? Какое мне до них дело? Разум и разболевшуюся голову заполняют страдание и тяжелая скорбь. Девушка заметно бледнеет и умоляюще смотрит на мужчину. Он замечаетее взгляд. — Оливия-Сантима Гиланджи-Максвелл — моя жена. Неужели новости не дошли до вас? — странный тип. Что ему от меня надо? Что им всем надо? Почему они просто не пройдут мимо? Не исчезнут? Оливия… Где же я слышал это имя? Девушка тоже приветствует. Я не отвечаю. Я заворожен ее руками. Эта узкая ладонь… Где же я мог видеть ее?.. Я ее знаю. Откуда я ее знаю? — Лиджев Аваджо, нам с Оливией пора откланяться, — чуть кашлянув и сведя кустистые брови к переносице, проговорил нервный Пьетер. — Процессия уже далеко ушла. Но я хочу уверить, что мы рады видеть вас у себя в любое время. А́ки ксара́м гила́м. |