Книга Три стрелы в его сердце, страница 95 – Алена Лотос

Отовсюду полезла тьма. Она приветствовала знахарку, как свою хорошую, давнюю знакомую, ластилась, требовала объятий. Ева раскинула руки, запрокинула голову. Гортанный глубокий смех сотрясал все ее естество. Тьма кружила возле ее ног, забиралась под юбку, черными узорами обвивала белые руки. На щеках выступил багряный румянец, смех захлебнулся, тьма пробралась в горло, в легкие, заполнила собой все пространство. Она убаюкивала, с ней, внутри и снаружи, было спокойно и легко. Правильно. Знахарка распахнула глаза, заполненные тьмой, и принялась нашептывать:

– Áest e lúpa-ra ín-daga ín-kusha... Ívara ámara tara-í-taka...

[ image16 ]

Тьма заклубилась, начала распухать. Ей нравились эти строки. Еве тоже до безумия нравилось звучание собственного голоса. Слова заклятия, долго вынашиваемого, подбираемого бессонными ночами, складывались в песнь свободы. Нужные акценты, нужные ударения, нужные паузы – все вставало на свои места. Тьма подыгрывала звучанию слов тревожной флейтой.

– Áest e lúpa-ra... Áest e lúpa-ra... Áest e lúpa-ra... – пела Ева, кружась в бешеном горячечном танце.

Сердце стучало в ушах невыносимо громко. Тьма аккомпанировала. Тьма заставляла плясать эту дикую пляску, выбивала воздух из легких, ставила подножки и требовала продолжать.

Запутавшись в длинном подоле и уставших ногах, Ева рухнула на пол, сбивая ладони в кровь. Резко стало нечем дышать. Ева хватала воздух ртом, но не могла вдохнуть. Свет свечей, тьма и танец выжгли весь воздух в комнате. Поместье сотрясло отчаянным криком:

– Помоги мне! Дай мне знак! Помоги!

Довольная тьма зашипела прямо в уши, прямо в сердце, неслышимо, тихо, гадко:

– Ты принимаешь мое предложение, Ева?

Простое слово упорно не хотело покидать сжавшиеся легкие. Она знала, что так будет. Что она не сможет сбежать от этого голоса, что всю жизнь преследует ее. Что этот ритуал не станет концом, как она надеялась. Надеялась и обманывала себя. Ничего не кончится. У каждого решения есть последствия.

– Да... – невесомо прошелестела Ева.

Ева знала, что примет предложение, в обмен на жизнь и свободу.

– Завтра утром на рынке.

Ева в истощении провалилась в сон прямо на полу комнаты. Тьма медленно исходила из лежащей знахарки, бывшей целительницы, и пряталась обратнопо темным углами и теням.

За окнами тоскливо завыл то ли пес, то ли волк.

Холодное утро встретило серыми тяжелыми тучами и ощущением скорого ливня. Ева оказалась на площади возле рынка даже раньше торговцев и дворников. Ей хотелось поскорее покинуть комнату, в стены которой въелся аромат волчьей ягоды и ночного безумия. В голове, раскалывавшейся, будто после дикой попойки, набатом гремело вчерашнее «да». Горло саднило после сна на холодном полу, а магия, лишенная подпитки полной луной и кристаллами, помогала слабо. Ева куталась в черный плащ и слабо дрожала, прислонившись к одной из грязных каменных стен крытой части рынка.

После принятого вчера решения и новой сделки, девушка старалась не думать о последствиях. Самым главным было – спасти Камлу, затем – отпереть замки на собственной магии. А после всего, она просто сбежит. Так далеко, как сможет. И никто ее не найдет. Ни отец. Ни Тьма. Ни Артур… Мысль о юноше, которого она прогнала, всколыхнула на сердце болезненную муть. И осознание – он остановил бы ее от этого опрометчивого обещания. Он предложил бы что-то придумать вместе, он предложил бы свою помощь. И улыбнулся.