Книга Три стрелы в его сердце, страница 14 – Алена Лотос

Деревья обступали петлявшую дорожку плотной стеной. Кроны закрывали небо и редкий луч теперь пробивался вниз. На землю будто опустились долгие летние сумерки. И даже птичий гомон стал тише, уважительнее. За резким поворотом показался частокол острых кольев, за которым виднелась высокая добротная крыша. Девушка бесстрашно направлялась прямо к нему, а у Щока сердце ухнуло в пятки. Онвновь вспоминал старые бабкины сказки и готовился ко встрече с избой, стоящей на костях и жилах младенцев. Ева, не сбавляя шага, миновала забор и вышла на большой чистый двор. Щок медленно вошел следом, постоянно озираясь. Вдоволь позабавившись напуганным видом мальчика, Ева сказала:

– Не бойся, это «светлый» дом. Призраки и дурные духи здесь не водятся. Или не задерживаются надолго.

Щок нервно кивнул, затем протянул Еве оружие.

– Куда мне положить это, госпожа?

– Вот сюда.

Ева указала в угол двора. Щок сложил косы и дубину друг на друга и понял, насколько сильно у него устали руки. До онемения. С пальцев ведьмы соскочило несколько искр, они просыпались на орудия и впитались внутрь. Девушка чуть заметно кивнула. То ли магии, то самой себе. А затем она оборотила взор на Щока, отчего мальчишка снова зарделся.

– Скажи мне, что ты видел в лесу? Что произвело на тебя самое большое впечатление?

– Огромные муравейники! – ответил Щок, не задумавшись. – Муравьи так похожи на людей, суетятся, работают, что-то все время строят!

– Занимательно... – пробормотала Ева, смерив мальчика взглядом.

– Скажите, госпожа, не берете ли вы учеников? – выпалил Щок.

Мальчик весь испереживался, переступал с ноги на ногу и действовал стремительно, чтобы не передумать и не перетрусить еще сильнее. Но Ева лишь продолжила загадочно улыбаться.

– Не в моей власти учить тебя, юный защитник. Я могу лишь дать тебе знание о хорошей примете. Когда будешь возвращаться домой, если встретишь белого голубя, черного кота, рябую корову и одноногую старуху – исполнится твое сиюминутное желание. Поэтому, будь аккуратен в своих мыслях, воплотиться может любая мелочь.

Щок закивал так, что еще немного и голова слетела бы с плеч. Уходить мальчик не желал. Ева пустила его на двор, но не на порог, не принесла воды и не дала хлеба. Это значило, что она не желала приглашать его, как гостя, хотя он и надеялся. Вместо этого, ведьма подошла к зеленому кусту смородины, отломила две молодых веточки и вручила своему спасителю.

– Эту – отдай матери, когда начнет спрашивать, где ты пропадал и почему был бит, – наказала ведьма. – А эту – положи под подушку. Тогда сны приснятся крепкие, и здоровье быстрее восстановится. Ну, ступай.

– А как же ваши обидчики? – решился на последнюю попытку Щок. – Вдруг они вернутся?

– Вернутся, – ответила Ева,и улыбка ее в миг стала кривой. – И не одни. Но лес защитит меня, ведь я – его. Ступай.

Щок принял две веточки и тяжело вздохнул. Затем он обвел взглядом дом и двор. Дом как дом, двор как двор – не понятно, чего все так страшились жилища ведьмы. Вываренные черепа не развешаны на кольях, кости младенцев не выглядывают из-под крыльца, забор да стены не измазаны кровью. Щок даже на секунду подумал, что этот дом лучше его собственного – маленький, чистый и опрятный.

Ева внимательно следила за тем, чтобы мальчик покинул ее двор и не попытался вернуться. Она не любила посторонних, особенно таких искренних и непосредственных. Немного погодя, знахарка оторвала от подола грязного разорванного платья два лоскута ткани. Одним подвязала волосы, другой намотала на руку до локтя и опустила в ведро с чистой колодезной водой. Что-то тихо прошептав, Ева вытянула руку перед собой, сжала ладонь в кулак и начала обходить двор по всем четырем углам. Каждому углу знахарка прошептала по заговоренной фразе: