Онлайн книга «Темный Юг»
|
— Тьма… Там только тьма, осталась только тьма… Тьма смотрит сотней черных глаз без век и зрачков, тьма ходит по пятам, влезает в сны, влезает в мысли, путает эмоции, пугает душу, смущает музыкой, отрывает, отбирает, уродует, и меняет, меняет, меняет… Как уйти от тьмы? Она повсюду, она здесь повсюду, она внутри меня, она растерзаетменя, она вырвется и зальет весь мир, утопит в кроваво-черных ритуалах, зароет белыми черными костями, станцует над стонущим пеплом. Она неумолима, она идет, она придет… — Ты бредишь, Па́рфий, пожалуйста, ложись спать! — Нет-нет, Ага́ни, ты не понимаешь, послушай, послушай меня, она идет, она близко, она здесь, здесь… Ева замедлила шаг возле пары ободранных крестьян, выглядящих на фоне остальных особенно жалко. Взгляд затуманился, сердце не выдержало, попросило поделиться маленькой щепоткой помощи. Целительница коснулась магического источника, попыталась передать силы, поделиться покоем… Истошный крик разрезал воздух и мирное звездное небо. Долгий, мучительный, переходящий то ли в визг, то ли в вой. Лагерь вздрогнул. Люди остановились, обернулись, приподнялись со своих нехитрых лежанок. Мороз пробежал по коже, охватил дурным предчувствием. Крик повторился. Послышались звуки ударов, мелкой, быстрой потасовки. Нервный мужчина в одних разодранных штанах опрокинул в песок исхудавшую женщину. Окровавленной рукой она держалась за нос и за челюсть. Мужчина выпрыгнул перед Евой, крючковатым пальцем указал на нее. Его грудь ходила ходуном, не в силах справиться с силой прошлых криков, не в силах набрать воздуха для нового. Люди вокруг заволновались, начали прислушиваться. — Ты! Это ты во всем виновата! — Парфий, угомонись, отстань от девки, — прогудела женщина, сплевывая кровь на песок. С трудом она поднялась на негнущиеся, дрожащие ноги. — Ложись спать. — Ты не видишь, Агани⁈ Из-за нее мы здесь, из-за нее лишились всего. Ева спокойно стояла перед обвинителем и держала лицо. Хотя поджилки дрожали не меньше, чем у избитой женщины. Что такого этот сумасшедший бормотун знает, что он узнал, если так безоговорочно обвиняет Еву? Под твердым взглядом мужчина вдруг скукожился и растерял боевой настрой. В его глазах отражались звезды, и безумие роняло первые лепестки. — Простите нас великодушно, он не со зла, — извиняющимся тоном проговорила Агани. Она положила руки мужу на плечи и окрасила их своей кровью. — Ему много пришлось пережить за это время, он стал сам не свой и не узнает близких. Лишь бредит и видит кошмары. — Напоите его теплым настоем на корне черной солодки и сухой прибрежной ромашки, — скупо проговорила Ева. — Поможет успокоитьнервы и немного восстановить сон. Две седмицы после заката. И покиньте скорее берег, ищите помощи дальше. Женщина открыла рот удивленно, чуть выпучила глаза. Немного поразмышляв она, быстро кивнула и увела мужчину с дороги. Парфий не сопротивлялся. В глазах зеленоокой ведьмы он увидел свою смерть и гибель всего мира. Он был слишком слаб, чтобы остановить ее. Если б тогда, при побеге из поместья, он не потерял своего ножа… Если б только они могли покинуть берег… Ева поторопилась скорее уйти от любопытных глаз. Вскоре среди всех лежанок и углей она не смогла бы найти того места, где расположился безумный Парфий. На сердце было мутно и тягостно. Неотпущенная магия искрилась на кончиках пальцев, сбоила и осыпалась сухими листьями. Ева тихо зашипела. Свет перестал подчиняться. Полусвет — изгнан и запрещен. Она снова калека без своей магии. Клейменая калека. Но она не сдастся без боя. |