Книга Выбор сердца, страница 88 – Ника Верон

Секундная пауза. Взгляд Валерии вмиг стал колюче холодным. Вот с такой ненавистью она, наверно, в своей жизни еще ни на кого не смотрела. Да, именно — не страх, а ненависть, которая поднималась откуда-то из глубины души и медленно, но уверенно разрасталась, принимая, на самом деле, опасные обороты.

4

Франция. Париж.Валерия постаралась сохранить спокойствие. Ситуация под контролем. Паниковать ни к чему. Ненависть — управляема. Она же — дочь своего отца. А, значит, в силах выйти красиво из любой, даже самой сложной, ситуации.

— Мсье, мадам не желает с вами общаться, — напомнил о своем присутствии адвокат. — И намерена сделать заявление относительно вашего жестокого с ней обращения. На вашем месте я бы не стал рисковать собственной репутацией. Для чего вам все эти дрязги с местной полицией.

Вполне разумный совет. Для нормального человека. Для взрослого в психологическом плане. Он считал неуравновешенной полу истеричкой её, Валерию Вешник. Возможно, где-то эмоции иногда и зашкаливали, не отрицала. Только до рукоприкладства дело не доходило. И угрозами не сыпала. А ведь могла.

— Мадам пусть сперва подумает о репутации отца, — не без злости обронил человек, которого она до определенного момента… Нет, не любила, наверное, правильнее будет сказать —уважала. И уж точно не видела в его лице врага и угрозу для своего благополучного будущего. И на сколько переменился, стоило им уехать в другую страну. — Мы еще поговорим, — обронил Виктор, опережая её, направившись к выходу из кафе. Обернувшись, добавил, — О своей выходке смотри не пожалей.

Что он мог сделать? Вспомнилась угроза мужа относительно Никиты Константинова, буквально пару дней назад. На сколько была реальна? Учитывая, в какой они стране — очень реальна. Вполне. А вот уж из-за неё, из-за её проблем в семейной жизни, ребенок, даже пусть и совершено чужой, пострадать не должен.

— Подождите, — попросила она, останавливая собравшегося тоже уйти, адвоката. — Мне надо вам кое-что сказать. Не знаю, может это как-то помочь или нет. Человек, который только что отсюда ушел, угрожает не мне, — продолжала она, видимо, уточняя относительно прозвучавшей его последней фразы. — Я боюсь, что опасность нависла над мальчиком.

— Я в курсе, — заверил совершенно неожиданно статусный собеседник. — С мсье Вешник мы данный момент обсуждали, — а вот об этом отец, почему-то, не предупредил. — Он подробно изложил проблему. Да, Валери́, реальная угроза существует. Если ваш муж сообщит, даже анонимно, в ювенальную юстицию, что данному ребенку плохо рядом с матерью, что не смотрит за ним должным образом и вообще, просто не уделяет внимания, его могут, да и скорее всего — заберут.

— Замечательно просто! — не удержалась она от возмущенного восклицания.

— А теперь скажу о главном, — с невозмутимым видом продолжал адвокат. — Мы очень надеемся, что всё обойдется. И мальчик, которому вы так благоволите, благополучно, с соблюдением всех законных норм права, вернется в Россию, к отцу. Но не исключаю и такого момента, как некоторая, скажем так, корректировка законных обоснований.

Судя по тому, на сколько был понижен голос собеседника, Валерия… Во взгляде скрыть удивления не получилось. А вот внешне, на первый взгляд, осталась совершенно спокойна. Да, могла ошибаться. Только что-то, какое-то шестое чутье, подсказывало, что сейчас, именно — сейчас, до неё пытаются донести нечто важное.