Книга Не тот вариант..., страница 82 – Ника Верон

— Сам-то веришь в то, что говоришь? — не удержался от вопроса Артём.

Как-то вот не верилось ему в искренность Константинова. Слишком хорошо того знал. Или, по крайней мере, думал, что знал. Всё же считались друзьями. Знаком был с его вот таким задумчиво-размышляющим видом…

— Если себе верить перестану, тогда мне точно грош цена, — проворчал Алексей, делая очередной глоток из своей чашки и уверенно продолжая. — Верю, Тёма. У меня, если еще не забыл, жена есть. Между прочим — законная, по паспорту. Вот.

И говорил он сейчас об этом… без какого-либо надрыва. В какой-то степени даже с… иронией. Учитывая же, что в первое время вопрос относительно второй жены для него вообще был крайне болезненен, то прогресс в данном случае — на лицо.

— Лёха… — настороженно начал Сашников.

— Артём, давай я со своей жизнью как-нибудь сам буду решать и разбираться, — попросил в свою очередь Константинов, решительно перебивая друга. — Срывов больше не будет, это точно гарантирую, — достаточно уверенно продолжал звучать его голос. — С графиком театра и кино тоже разберусь. Мне загрузка по полной пока крайне необходима. Или, во всяком случае, была необходима. Что касается всего остального — не лезьте. Не надо.

— То есть, спокойно смотреть, как ты методично загоняешь себя в гроб, — резюмировал Сашников, на мгновение отвлекаясьна ребят съемочной группы в дальней части холла. Те становились слишком шумными, а это уже грозило замечаниями со стороны администрации отеля. — Знаешь, тайну одну открою, — продолжал он, сосредоточенно посмотрев на собеседника. — Я не хочу даже со стороны наблюдать, как его крышкой закроют, и отправят в последний путь. О себе не думаешь, подумай о матери, о Ленке с Димкой, в конце концов.

А вот это был запрещенный приём. Для всех, кроме Сашникова. И тот периодически им пользовался. Особенно, когда требовалось призвать Константинова к благоразумию. Только вот сейчас данный ход не сработал.

— Петрова… — обронил Константинов, откинувшись на спинку низкого кресла.

— Что — Петрова? — не понял Сашников.

— Петрову с Никитой забыл, — терпеливо прозвучал голос Алексея и это стало еще одной новостью. Впервые с момента их семейного конфликта Константинов говорил о жене столь спокойно и даже рассудительно. — Только увещеваний к моей совести здесь не надо, — тут же попросил он, вовремя перехватив взгляд Сашникова. — Не надо, Тём. Мать поплачет и на том дело кончится. У неё Ташка есть с малыми. Поздняя дочь, поздние внучки. У Ленки своя жизнь и, кстати, сложилась более удачно, чем могла сложиться со мной, — отношения с первой женой у него, действительно, сохранились прекрасные. — Судя по имеющейся информации, Димке я уже даже в качестве надежной финансовой подушки безопасности не нужен. Он звонит-то от случая к случаю. Как видишь…

— Вижу. Вижу, психиатр тебе нужен, — утвердительно кивнув, подытожил Артём. — Или — баба.

Давно ему не советовали обзавестись дамой сердца. Если, конечно, сейчас разговор шел именно о сердечных отношениях. Впрочем, вот в последнем Константинов откровенно сомневался. Особенно — учитывая тон, с каким была дана рекомендация. А вот от приключений как-то устал. Да и в его возрасте уже хотелось спокойной стабильности. Нормальных отношений, без глобальных эмоциональных всплесков.