Книга Не тот вариант..., страница 80 – Ника Верон

— Вот именно, что сейчас не то время, чтобы скорую по любому поводу дергать, — с завидным упрямством повторила Рита, с той же уверенностью продолжая, — Во-первых, она кому-то реально может потребоваться, а во-вторых, как-то желания на 2 недели оказаться на карантине нет. Глашка сама себя не выгуляет.

Вот о ком, а о Глашке и прочей своей живности, всегда думала больше, чем о себе, чего в ближайшем окружении не понимали. Особенно — по нынешним временам. Какая живность, когда по миру непонятная зараза гуляет, и думать необходимо в первую очередь о себе! Вообще — только о себе! А у этой на первом месте собака-семилетка и ладно бы еще породистая, так обычная дворняга, которых пруд пруди и 2 кота — сиамский «найденыш», чистокровного Сиама уж точно так не отдали бы, им самая дешёвая цена от 4 тысяч рубликов начинается, и помойный подобрыш, выкормленный из пипетки. Все трое вполне могли бы обитать на улице на самовыгуле, а Ритка их дома держала, да еще носилась с ними, словно с детьми.

— Отдала бы ты ее куда-нибудь, — совершенно неожиданно выдал Сидорин, добавив, — Давай в лес вывезу.

— Себя вывези, — зло отреагировала Коташова.

— Ну, не ты же повезешь, я, — кажется, не почувствовав настройРитки, продолжал Сидорин, явно уставший от спора подруг на пустом месте. — Самой же легче станет. Мало, что к дому привязана, носишься с ней, как с детьми мамаши не носятся. Так еще и на корм каждый месяц отстегиваешь. Деньги лишние?

Финансово, да, порой было сложновато, чего Коташова в общем-то и не скрывала. Нашла бы она, куда направить высвободившиеся финансы. Только… Глашка и два маленьких хвостатых чудовища были не просто живностью, они были и смыслом её жизни. В какой-то степени даже — психологами. Часто именно они становились молчаливым слушателями, когда у Ритки появлялась необходимость выговориться.

— Повторяю, себя вывези, — обронила она уже с нескрываемой злостью и, не попрощавшись, прекратив общение, направилась в сторону дома.

Иногда Сидорина заносило. Это знали все в их небольшой компании. Только вот до сих пор не позволял себе подобные высказывания. По крайней мере — в компании с Коташовой. Как там сейчас модно говорить — короновирус проклятый. Видимо, и на нем начал сказываться.

— Совсем чокнулась, — обронил он в след быстро удаляющейся Ритки. — Она бы мужика себе завела, а не кошатник-собачатник разводила.

А может и действительно, считал себя сейчас правым. У каждого свои ценности в этой жизни. А большинство людей не хотят вообще себя чем-либо обременять. Живность, действительно, как дети, беспомощны и, особенно домашние, целиком и полностью зависят от человека. На долго без присмотра не оставишь.

— Там — клиника, — резюмировала Маслова.

Возможно и она в какие-то моменты не понимала и не принимала жизнь подруги. Вот только столь резко высказываться себе не позволяла. В конечном счете, в этой жизни сам каждый для себя решал, какие ценности в приоритете.

— Заметно, — констатировал Леонид, внимательно посмотрев на Маслову, поинтересовался, — Так куда идем?

— Давай к ребятам, — предложила она общую компанию, точно зная, что сегодня Вилковский выяснять о её точном местонахождении не станет, ибо находился на работе. — У Коташовой, походу, действительно коронавирусные осложнения.