Онлайн книга «Шаг до любви»
|
А Дмитрий почувствовал непонятное душевное облегчение. Всё же отец сохранил здравый рассудок, не смотря на свое очередное странное увлечение. Он же в какой-то момент всерьез решил, что ради непонятного «спокойного будущего», тот принял решение намертво разорвать прошлое. — Ну, вот таких тонкостей не знаю, я хирург, а не адвокат, — напомнил Дмитрий совершенно спокойно, без каких-либо эмоций. — Но сильно сомневаюсь, что разрешение ты вообще получишь. Для отца принципиально, чтобы сын росрядом. — Так вот и поговори с ним. Он одному жизнь сломал, так пусть второго в покое оставит. — Это мне он, что ли, жизнь сломал? — уточнил Димка, внимательно посмотрев на нежданную гостью. — Да что-то не замечаю, — продолжал он с так раздражающим её константиновским спокойствием. — Спасибо, в мою жизнь не вмешивается. За образование и воспитание ему благодарен. Оль, давай на чистоту, Никита ведь тебе не нужен. Если ты еще не поняла, его отец содержать будет, максимально выложится, как бы трудно не стало, а вот тебя — нет. Пока не зашло всё слишком далеко, дай им нормально видеться, иначе потеряешь пацана. — Ну, мы не Европа, у нас государство гуманное, учитывает статус женщины как матери, — с полной уверенностью в тоне сообщила Петрова. — Так что твоему отцу придется сильно постараться, чтобы Никиту у меня забрать. А если я узнаю, что у него появилась какая-то шалава, с которой решит познакомить мальчишку, то сделаю все, чтобы с Никитой ему вообще было запрещено видеться. Так что, уважаемый пасынок, в твоих интересах поговорить с отцом. А то еще один срыв он может и не перенести. — Ему раньше надо было нанимать адвокатов, — в раздумье над каким-то глобальным вопросом протянул Димка. Вот тут отца не совсем понимал. О том, что ничего не решится мирным путем, стало ясно еще до серьезного запоя Константинова-старшего. А когда тот, после лечения, вернулся к нормальной жизни, вот тут… — Жаль, я думала, ты более разумен, чем твой отец, — обронила Петрова, глянув на часы. — И всё же, послушай совет, поговори с ним. Не надо ему лезть во все это. Он многого не знает, и лучше пусть не знает дальше. У него есть ты, достаточно. Никита принадлежит мне. Во что именно не следует влазить Константинову-старшему, уточнить Димка не успел. Бывшая (или настоящая, как ее там величать сейчас, понять не мог) жена отца, развернувшись на каблучках, уверенной походочкой направилась к выходу. Разговор окончен. А вот у него появилось серьезное беспокойство. И за мальчишку, и за отца, и вообще за них всех… — Всё в порядке? — его снова нашел коллега. Да, они собирались обсудить завтрашнюю операцию. Вот только теперь ему лично придется как-то перенастраиваться. Тем более, что идею с попыткой попасть на ту в качестве ассистента не оставил. — Не знаю, но очень хочу на тонадеяться, — обронил Димка, продолжая слишком задумчиво смотреть на закрывшуюся за Петровой дверь клиники. Не понравилась ему последняя фраза мачехи. Не хотелось думать о худшем, но… Как-то вот не получалось. — Серьезные проблемы? — в душу в коллективе, в котором ему посчастливилось работать, лезть было не принято. Но, по возможности, старались хотя бы в общих чертах быть в курсе проблем коллег. Работа у них слишком ответственная, чтобы рисковать… |