Книга Дорога к счастью, страница 162 – Ника Верон

— Не было, — кивнув, подтвердил Аристов-старший, встретившись с взглядом сына. — Любовник её бросил, когда выяснилось, что к моим финансам она никакого отношения не имеет. В чужой стране. Без средств к существованию. Еле нашел её, связейкучу пришлось поднять.

— То есть, ты её всё же любил.

— Здесь два момента сыграли свою роль. Во-первых — ты. Ребенку нужна мать. А во-вторых, да, Костя, любил, но не простил. Не смог. Внутри как умерло что. Беременная она была, — тяжело поднявшись с кресла, Аристов-старший, пройдя через кабинет, остановился по другую сторону оконного проема, глянув на улицу. Со вздохом продолжал, — По сроку моим тот ребенок быть никак не мог. Вернул в Россию, спрятал, чтобы разговоров меньше было. Родился мальчик.

— То есть своего прижитого ты…

— Отказалась она от мальчишки прямо в роддоме, — резко перебил Сергей Сергеевич сына. — Сама, без моего участия, — добавил тут же, заметив недобрый «огонь» во взгляде старшего сына. — Пытались с ней говорить. Пригрозила руки на себя наложить, если не отступимся. Нашёл семью, нормальную, бизнесмен средней руки, с серьёзной проблемой — отсутствием детей. В общем, пристроил младенца. С отчеством просто совпадение. Помогал, не афишируя того. Финансово там не так гладко было. Парень вроде толковый рос. Подумывал даже к себе пристроить, пока не начались закидоны. Мало того, что на девок падок, меры не знает, так еще к махинациям пристрастился. Помог сохранить капитал Рубальских в самый критический момент, и отпустил на вольные хлеба. Всё.

— С матерью как? Любовницу в отместку завел?

Относительно спокойно приняв Димку в качестве младшего брата, категорически не желал принимать его мать. Вообще никак. Даже случайного общения старательно избегал, порой демонстративно игнорируя присутствие. Если вдруг пути-дороги пересекались.

— Само как-то получилось. Я не смог оставить женщину, родившую мне сына и которую любил. Но и простить предательства не получилось. Не смог переступить через себя. Противно до одури было. От одной мысли, что с другим как со мной, кровь в венах закипала. Убить боялся. Отношений у нас больше не было. Два чужих человека под одной крышей. Да и твоя мать не стремилась к сближению. А через полгода выяснилось, что со здоровьем серьезные проблемы. Почти год войны, чтобы начала лечение. Потерянное время… — глубокая пауза. И тихое, — Знать бы тогда, как всё выйдет… С Димкой что?

— Цел, — глянув на отца, добавил, — Сам звонил, голос вроде живой. Большего не знаю. Сказал, чтобы в скорой нашу клинику назвал. Не перезвонил,значит артачиться не стали. Молчать зачем столько было? — продолжал, вновь задерживая на отце взгляд.

— Ну, а что изменит откровение? — прозвучал встречный вопрос. — Человека не переделаешь. Там неуправляемая дурь, ярость, ненависть. Даже вырасти он в нашей семье, ненавидел бы всех и вся. Я не мог допустить, чтобы рядом находился монстр. С другой стороны — тебе он — брат…

Родственничек, мать его… Вот как к сделанному открытию относиться, представления не имел. Родственных чувств там — ноль. Да и со стороны Рубальских, судя по всему происходящему, ситуация та же. То, что творит, сомнений не остается — расчищает себе дорогу к «трону». И неужели отец до сих пор этого не понял? Вот в данном случае старшего Аристова отказывался понимать совершенно.