Книга Сквозь костры иллюзий, страница 50 – Дарья Федотова

— Почему мы? — задала вопрос блондинка. Ее алые губы дрожали от каждого слова, а в глазах читалась безысходность и сожаление.

— Так вышло, — ответила Морсетта, и я тут же вздрогнула. Впервые после аэропорта я находилась так близко к ней. — Ничего личного.

— Ладно мы со старухой, но молодежь бы отпустила, — подхватил старик в берете. Дрожащими руками он опирался на трость, но, несмотря на внешнюю слабость, казался самым сильным духом среди собравшихся.

— Я не старуха, мне всего шестьдесят, — возмутилась тучная женщина в больших круглых очках. — И я хочу жить!

— Все мы хотим! — подхватил работяга.

— Замолчите, — ровно произнесла Морсетта, и все голоса стихли. Маленький бунт был подавлен в зачатке.

— Сколько нам еще тут сидеть? — спросила девушка в наушниках. На ее лице я не заметила ни капли страха, будто она уже смирилась со своей участью. Ее смелость и безрассудство поражали и восхищали одновременно.

Но больше всего меня удивило то, что они даже не пытались сбежать. Их руки не удерживали путы, над ними не стояли головорезы с автоматами. Эти люди могли бы просто задавить Морсетту численностью,но нет. Они покорно сидели на стульях, не смея подняться. Пробежав взглядом по рядом, я пришла в ужас. Помимо этих шестерых я насчитала еще пять изувеченных человек. Не хватало одного. Двенадцатого.

— Все закончится, как только к вам присоединится Эльвира. Ждать осталось недолго.

Услышав собственное имя, я приникла к стене за спиной и поползла вдоль нее в сторону. Мне хотелось как можно скорее покинуть видение, но я не умела ими управлять. Люди продолжали задавать вопросы, но похитительница молчала, а я пыталась убежать.

Вдруг в задних рядах я заметила еще одну фигуру. Она была почти незаметной, словно прозрачной. Но если Морсетта ждала меня, как двенадцатую жертву, то кто этот человек?

Зачарованная, я оторвалась от стены и под шквал недовольства сделала несколько несмелых шагов в конец комнаты. С моим приближением силуэт приобретал форму и очертания, и вот я уже могла разглядеть мужчину. Его облик показался смутно знакомым. Рыжие волосы были зачесаны набок, короткая неухоженная борода торчала во все стороны, а в глазах цвета ореха разлилась тоска.

— Папа, — прошептала я, не сводя с него взгляда. В отличие от остальных, его тело не покрывали раны. Одежда была чистой, и сам он сидел боком, словно речи Морсетты и крики людей его не волновали.

Как только шепот сорвался с губ, мужчина повернулся ко мне и посмотрел прямо в глаза. Будто чувствовал. Будто знал, что я стою перед ним. Будто видел. От его взгляда сердце разрывалось на части, а страх сковывал легкие. На лице мужчины застыл испуг, и в следующую секунду я уже не сомневалась, что он действительно смотрел на меня.

— Искорка, — прошептал папа и потянулся ко мне.

— Ты меня видишь? — ужас овладел моим телом. Сковал легкие, пригвоздил ноги к полу и надавил на плечи, прибивая к земле.

— Искорка, — снова повторил отец. Он одернул себя, обхватил руками голову, а затем беспокойно посмотрел в сторону Морсетты. — Беги отсюда. Спасайся, пока не поздно.

Беги. Беги. Беги. Слова несколько раз повторились в воздухе, сотрясая видение. Они будто сломали его. Стены задребезжали, как при мощном землетрясении. Иллюзии дали трещину. Одну. Затем другую. Отовсюду раздавался треск. Видение стало крошиться, и папа вместе с ним. Очередной хруст скинул мои оковы, легкие наполнились кислородом, и я закричала.