Книга Сквозь костры иллюзий, страница 124 – Дарья Федотова

Тишину в реанимации нарушал мерный писк и звуки приборов для искусственной вентиляции легких. Из всех помещений больницы это Марина ненавидела больше всего. Отсюда люди редко выходили самостоятельно.

— Хорошо. — Рома присел с краю кровати в ногах пациентки. — Помнишь, месяц назад вы вместе ходили в кино? Ты тогда еще навернулась.

Марина мгновенно распахнула глаза и недовольно скривилась, уперев руки в боки.

— Была сильная метель и жуткий гололед, — выдала она. — К нам поступило полно бабулечек с переломанными руками.

— Ну ты же не старушка. Либо просто хорошо сохранилась, — усмехнулся врач.

— Бесишь, — призналась девушка. — Так хочется тебе вмазать.

— Маринка, у тебя удар слабый, — подколол врач. — Ты дерешься стратегически, а надо от души.

— Ну иди сюда! Я тебе сейчас так душевно заряжу.

Девушка перегнулась через поручень, пытаясь дотянуться до парня, но тот в два шага оказался за пределами зоны ее досягаемости.

— Спокойно, Суворова, не забывайся. — Рома уже откровенно смеялась над ней, что злило Марину только сильнее.

— Ром, ты в тире давно не был? Еще одна подобная фразочка, и твоя физиономия пересчитает количество шприцов из моего халата.

От угроз блондинки врач шире расплылся в улыбке, но промолчал. Он знал, что девушка метко стреляла не только словами.

— Тебе Эля тогда говорила не надевать каблуки.

Марина набрала в легкие воздух, чтобы возразить, но врач опередил.

— А вот теперь представь, что ты можешь ей что-нибудь сказать. Только она, в отличие от тебя, послушает.

— Это бред. — Марина взмахнула руками. — Так не бывает.

— А ты попробуй.

Девушка хотела было снова плеснуть порцией яда, но в последний момент передумала. Она сверлила врача взглядом, но вскоре сдалась. Озорные огоньки в его темно-карих глазах быстро тушили ее гнев. Казалось, он всегда улыбался, даже когда старался оставаться серьезным.

Спустя несколько секунд Марина, тяжело вздохнув, сдалась.

— И что, ты так и будешь тут стоять?

— Я никому нерасскажу. — Рома прижал указательный палец к пухлым губам, стараясь сдержать улыбку.

— Ладно! — раздраженно пробурчала медсестра. Она вплотную подошла к подруге, взяла ее за руку и крепко сжала пальцы. — Знаю, тебе страшно. — Марина покосилась на врача, но тот смирно стоял у окна, приструнив озорство. Убедившись, что он не смеется, она продолжила. — Заюш, мы сами ничего толком не знаем. Возможно, уже завтра мы придумаем, как вернуть тебя. А может, придется пожить здесь пару недель.

Надоедливый писк мешал подбирать правильные слова. Идея Ромы будто обрела вес, и теперь Марина боялась ошибиться. Вдруг она скажет что-то не так, и именно из-за этого Эля не вернется?

— Я не очень хорошо ее знаю, мы виделись-то всего пару раз, — негромко произнес Рома. — Но думаю, что такая речь ее бы вдохновила.

— Дурацкая затея! — Отбросив ладонь подруги вместе с дурными мыслями, Марина отошла на шаг и скрестила руки на груди.

— А твой брат так не считает. Сегодня снова заглядывал.

— Агр, — прорычала Марина и наконец занялась остальными пациентами. — Я говорила ему больше не приходить.

— Не похоже, чтобы он слушался.

Рома засучил рукава и стал помогать. На доли секунды Марина замерла. Эта работа была совсем не для молодого хирурга, которому пели дифирамбы во всем городе. Ему даже прозвище дали — снайпер. Поначалу она не могла понять почему. Но оказалось, что он так быстро и точно проводил операции, что каждую сравнивали с выстрелом отменного стрелка. Так и привязалось. Но, кажется, врачу было наплевать. Он делал грязную работу, за которую ему не платили, поздним вечером, когда его смена давно закончилась.