Книга Янтарная тюрьма Амити, страница 18 – Рона Аск

«Неплохо», — пронеслось у меня в мыслях, но вместо этого я зло бросила:

— Занимательно, не более.

Декан вновь усмехнулся, а я подошла к окну, от чьего стекла веяло слабой прохладой, и, взглянув в темное небо, глубоко вдохнула.

— А где Краус? — только сейчас заметила я отсутствие ворона.

Да и окно было закрытым, что странно. Обычно, когда Краус куда-то улетал, он просил оставлять его приоткрытым.

— Спит, — коротко ответил декан.

— Ну да… — немного нервно рассмеялась я. — Воронам тоже нужно спать.

И бросила взор на пустой насест. «Неужели они поругались, и Краус решил спать где-то в другом месте, а не здесь?» — пронеслось у меня в мыслях, но тут я подумала о спальне декана. Не в том смысле, конечно! А в том, что Краус мог быть именно там. Не все же им двоим в кабинете ошиваться.

Белладонна… Ну что за мысли начали меня посещать в последнее время?

Однако отсутствие Крауса и закрытое окно как-то не укладывались в голове и не давали покоя. Больно это, необычно.

— Кроме Крауса, у тебя больше нет никаких вопросов? — вдруг поинтересовался декан.

Я вновь на него посмотрела и… все. Не смогла отвести взгляд, ошеломленно наблюдая за тем, как под кожей плавно перетекают мышцы, когда, стоя ко мне спиной, декан взялся за рубаху и принялся ее надевать. Мне, конечно, доводилось видеть мужчин не только без рубахи, но и без штанов, например, как с ротанговым мужиком, но еще ни у кого не было столь хорошо развитого тела, где все правильно, все в меру, все так, как должно быть. Не удивительно, что он в сражении так ловко двигался.

— Лаветта? — развернулся декан и, поймав мой взгляд, вскинул бровь, а я резко отвернулась.

Слишком, блин, резко. «Твою же Белладонну, Лаветта! Что с тобой не так?» — укорила я саму себя и произнесла:

— Ты… — голос охрип, поэтому я откашлялась. — Ты смотрел… его?

— Нет, — сразу понял декан, о чем речь — о янтарном шарике, и шагнул в моем направлении. — Но изучу, как закончу с рапортом, поэтому пока что он побудету меня.

— Хорошо, — не пожелала я спорить и, проведя пальцами по каменному подоконнику, отступила, освободив Реджесу место перед окном, после чего поинтересовалась: — Как думаешь, что это такое?

— А ты не знаешь? — произнес он.

Его шаги сменили направление и остановились у меня за спиной.

— Нет, — качнула я головой и, заметив, что баночка с пыльцой осталась открытой, приблизилась к столу.

«Надо же, осталось еще так много!» — взяв ее в руки, я заглянула внутрь и тут же накрыла крышкой. Негоже такое сокровище оставлять вот так просто — без защиты.

— Лав.

— М?

Я обернулась.

— Ты снова меня избегаешь?

— Нет. С чего ты взял?

Вздохнув, он вдруг стремительно ко мне приблизился, а я резко отпрыгнула, чуть не выронив баночку с пыльцой, и ударилась бедром о стол. Но декан всего лишь прошел мимо и, сев на свой стул, язвительно ответил:

— Да ни с чего.

Потирая ушибленное бедро и краснея от стыда, я бросила на него злобный взгляд:

— Ну, ты и…

— И? — поинтересовался декан, когда я так и не закончила — зацепилась взглядом за распущенный ворот, оголяющий часть сильной груди Реджеса.

Сейчас на ней не было и следа от бывших ран, и кожа выглядела гладкой и шелковистой. Все-таки потрясающее это лекарство — пыльца фей.

Декан это заметил, куда я смотрю, и принялся неспешно затягивать шнуровку, отчего я разозлилась еще сильнее.