Онлайн книга «Боги, забытые временем»
|
Ей хотелось выкрикнуть во весь голос: «Что надо исправить?!» Ответ был где-то рядом, запертый внутри ее окаянного разума, и она совершенно не представляла, как пробить эту стену. Но теперь горечь невосполнимой утраты захватила ее целиком – хищная, непостижимая, в клочья рвущая сердце. Такая свежая и саднящая, каждый вдох – как удар ножом в грудь. Не в силах терпеть эту боль, Руа подползла к мусорной корзине, и ее снова вырвало. Когда все закончилось, она кое-как поднялась на ноги, подошла к умывальнику и уставилась на свое отражение в зеркале. У нее по щекам текли слезы, а глаза были чужими. Они поблескивали золотыми вкраплениями. Казалось, из зеркала на нее смотрит кто-то другой. Кто-то, кого она не узнавала. Чудовище. Погрузив руки в керамический таз, она плеснула в лицо холодной водой. Но вода не смыла чувство вины. Руа умылась еще раз и так сильно растерла лицо, что затянувшаяся рана на лбу открылась снова. Она смотрела в зеркале, как кровь течет по лицу, и на нее снизошло странное злое спокойствие. Вот кем она была. Хладнокровной убийцей. Руа опустилась на пол и легла на спину. Она глядела в потолок и надеялась, что он обрушится на нее. Когда станет известно, что она натворила, ее будут судить за убийство. Ей некуда скрыться. Она упустила свой шанс убежать. В дверь постучали. Руа вскочила на ноги, мысленно отмечая все пути к отступлению. Окно. Вход для прислуги сбоку от шкафа. Если не будет другого выхода, она попытается проскочить мимо того, кто сейчас открывает дверь. Может быть, ей поможет фактор неожиданности. Она сделает все, чтобы не попасть в тюрьму. – Боже мой, Эмма, с тобой все в порядке? – спросила Мара, заметив, как напряглась Руа, словно готовясь к прыжку. – Со мной все в порядке. Да, она упустила свой шанс убежать, но без боя она не сдастся. Мара присела рядом с ней. – Расскажи, что случилось. – Я не могу, – прошептала Руа, чувствуя, как бурление адреналина в крови затихает, и мысль о последствиях тяжелым грузом ложится на сердце. Она убила человека средь бела дня. И уже ничего не отменишь, сделанного не воротишь. – Ты же знаешь, мне можно рассказывать все что угодно, – сказала Мара. Руа покачала головой и подтянула колени к груди. Она была совершенно измотана и физически, и морально. Все стремительно вышло из-под контроля. Мара приобняла ее за плечи, и Руа расплакалась. – Мне надо было пойти с тобой, – сказала Мара. Руа не знала, сколько времени они так просидели, но проснулась она в своей постели, одетая в ночную рубашку. Сквозь занавески пробивался бледный свет солнца, но Руа не хотела никакого света. Она перевернулась на другой бок и снова уснула. * * * – Что значит, она еще спит? С меня довольно. Прошло уже две недели. – Флосси ворвалась в спальню Руа. – Эмма! Вставай! – Уже встаю, – простонала Руа, садясь на постели. Ей удалось убедить Флосси, что она заболела простудой, и все это время мучилась чувством вины и ждала новостей с Грин-стрит. – Лорд Данор приглашает нас в оперу сегодня вечером. Мы будем сидеть в его ложе, и я сказала ему… ой, боже правый! – Что такое? – Руа испуганно оглядела комнату. – Твое лицо! Твое прелестное личико! – воскликнула Флосси. – Теперь все пропало! Руа предположила, что речь идет о порезе у нее на лбу, но не стала смотреться в зеркало. Флосси увидела ее впервые после того случая на Грин-стрит. Она заявила, что у нее слишком много светских мероприятий, и рисковать заразиться от дочери, чем бы та ни болела, она не может. Но Руа знала, в чем дело. Всем было лучше, когда она не выходила из дома. |