Книга Волк и Алёнка [+Бонусная глава], страница 24 – Лена Доронина

— Здравствуйте, — начала я, стараясь звучать уверенно. — Меня зовут Алёна. Мы не знакомы. Но я знаю вашего сына. И мне нужно с вами поговорить.

Он замолчал. Потом спросил:

— Что тебе от меня нужно?

— Помиритесь пожалуйста с Егором, — выпалила я.

Он не ответил сразу. Только тихо выдохнул.

— Ты не знаешь, о чём просишь, девочка, — произнёс он наконец.

— Знаю, — возразила я. — Он ваш сын. И вы ему нужны. Давайте встретимся и поговорим.

Он снова замолчал. А потом сказал:

— Где?

— В парке.

У меня получилось. Александр Петрович пообещал прийти через час. Сказал, что знает это место. Когда-то водил туда маленького Егора.

А Егору я соврала. Не сильно. Я нашла его возле церкви, он с друзьями разгружал материалы для ремонта церкви. Я просто попросила прийтив парк, потому что «хочу кое-что рассказать». Он не стал расспрашивать, просто кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Только не тяни. Я занят.

— Это важно, — ответила я. — Для меня.

Он посмотрел на меня долгим взглядом. Потом кивнул.

— Хорошо. Приду.

* * *

Час спустя я уже сидела на скамейке. Рядом цвели одуванчики, в воздухе пахло свежими травами и детством, которое здесь явно когда-то было. Парк находился в противоположной стороне от церкви, там, где располагалось здание администрации. Здесь было ухоженно и красиво. Когда мы приходили сюда с бабушкой писать заявление на отлов собак, у меня не было времени полюбоваться этой красотой.

Памятник «Лесной ключ» встречает каждого входящего в парк. Здесь можно сесть на скамейку и просто… смотреть. Никуда не торопиться. Пёстрые цветы яркими пятнами украшали клумбы, а каждый заботливо уложенный бордюр как бы говорил: посмотрите, какие у нас прекрасные руководители, как тут красиво. И это всё для вас, дорогие жители.

Но я знала и другую сторону жизни Лесного ключа, ту, в которой церковь нуждалась в ремонте. Из окон администрации церковь была не видна. Батюшка не жаловался, ведь с ремонтом помогали прихожане и Егор со своим байкерским клубом.

Мой внутренний репортёр вознамерился осветить и эту сторону посёлка. Я уже почти набросала в голове план репортажа, когда увидела вдалеке мужскую фигуру.

* * *

Александр Петрович пришёл первым. Высокий, чуть сутулый, с седыми волосами и лицом, покрытым сетью морщин. Он был похож на Егора. Только более уставший. Пока он шёл ко мне по алее, я рассмотрела его: рукава клетчатой рубашки были закатаны до локтей, светло-синие джинсы отлично гармонировали с такого же цвета кроссовками.

— Вы Алёна? — сказал он, подходя ко мне.

— Здравствуйте, — ответила я, чувствуя, как сердце колотится. — Спасибо, что приехали.

Он кивнул, но глаза его были направлены на тропинку. Он ждал.

— Он придёт? — спросил он.

— Да, — ответила я. — Если только не передумал.

Но Егор не передумал.

Он приехал минут через десять. Без куртки, без шлема. Его шаги были уверенными, но взгляд — осторожным. Он заметил отца сразу.

И замер.

Между ними повисло молчание. Грузное, тяжёлое. Оно давило на плечи, как осенний дождь. Александр Петрович тоже не двигался.

Я встала соскамейки.

— Ну вот и все, — сказала я, стараясь говорить легко. — Я ухожу. А вы остаётесь. Здесь. Вместе.

— Алёна, это не игра, — начал Егор, но я подняла руку.

— Я знаю, что это не игра, — твёрдо сказала я. — Но и не война. Это всего лишь разговор. Попробуйте.