Книга Супруга для покойного графа, страница 63 – Лидия Орлова

— Не знаю. Я подумаю и скажу.

— Хорошо, Алиса, — с непонятным мне теплом, проговорил граф, — но я помню, что вы быстро думаете.

Я заставила себя задержаться в этой комнате и помогла больному напиться уже остывшим травяным чаем. И только после этого направилась к выходу.

— Алиса, — окликнул меня Алви, — останьтесь здесь на ночь. На этой кровати много места.

На кровати графа могли бы свободно разместиться не меньше пяти человек. И я бы осталась, если не предупреждение Этери. Я очень сомневалась, что граф Хартман испытывает ко мне что-то кроме чувства вины. Все-таки, его семья связала меня Небесным союзом. Но сближаться с Алви не стоит. А делить кровать с чужим мужчиной не стоит категорически.

С извиняющейся улыбкой покачав головой, я покинула покои графа.

На мягкой постели я проснулась не выспавшейся. И приведя себя в приличный вид, надев вчерашнее чёрное платье, отправилась проведать графа. Мучили меня угрызения совести: я же вчера оставила в одиночестве больного человека, уже немолодого и беспомощного.

«Ничего бы страшного не случилось, если я доспала с ним эту ночь на одной кровати», — продолжала я себя ругать, пока не дошла до двери графа.

Но стучать я не стала. Хохот разносящийся из комнаты дал понять, что граф здоров, более того Кларк находится рядом с ним, и теперь уже он будет заботиться о своем драгоценном друге.

* * *

Кларк вернулся в замок Хартман, когда на улице уже было светло. По просьбе друга он съездил к нескольким его бывшим служащим, приглашая их вернуться на работу к графу.

Графиня Хартман, как только получила известие о пропаже приемного сына, уволила всех его личных слуг, к счастью, не успела добраться до управляющих поместьями, заводами, мельницами, водными и лесными хозяйствами.

В принципе слуг можно было вернуть и позже, но самому Кларку надоело возиться с другом. И он решил, что хотя бы камердинера нужно вернуть срочно.

И Кларк очень спешил, чтобы надолго не оставлять Аластейра. Но когда вошёл в комнату друга и увидел его хохочущем в кровати, испугался. До смерти испугался, что его единственный друг и наставник сошел с ума. Может даже заразился безумием от жены. И сам потерял разум от любви к этой бестолковой монашке.

Аластэйр был не одет, не расчесан, но заливался так, как сам Кларк не смеялся даже в детстве.

И он медленно приблизился к кровати друга и, вытянув руки вперед, чтобы показать, что у него добрые намерения, позвал его:

— Аластэйр, это я. Я вернулся с хорошей новостью. Твой камердинер приступит к работе с завтрашнего дня.

И Аластейр с улыбкой кивнул на слова друга. Кларку его взгляд безумным не показался, так что он даже не стал сдерживать вздох облегчения.

— А я ночью чуть не умер. — Все так же с улыбкой произнес Аластейр. И быстро сложил и вложил какие-то бумаги в конверт. А его, не вставая с кровати, бережно положил в ящик тумбы.

— Графиня тебя отравить пыталась? — Радости друга Кларк понять не мог.

Ну, с другой стороны, то, что его, все-таки, не добили, уже был прекрасный повод для хорошего настроения.

— Нет. Сам чуть не долечился. С магическим самолечением нужно быть осторожнее. И знаешь, кто меня выхаживал?

— Ммм, не я. — Выдал Кларк.

— Не ты, друг мой. А моя жена! Она почти всю ночь здесь пробыла. Это о чем-то говорит.