Книга Раб Петров, страница 28 – Ксения Шелкова

– Айда со мной, дело есть!

– Ты что? А работа как же? – изумлённо спросил Андрюс.

– Работа не волк, в лес не убежит! Ну что, или лучшему другу откажешь? Идём, ты нужен мне!

– Но… куда? А если хозяин вернётся?

– Тятька до завтра не вернётся, я уж знаю, куда он лыжи навострил! – нахмурился Никита.

Андрюс поднялся; на них, казалось, никто не смотрел: все были заняты своим делом. Он неуверенно кивнул:

– Ну, идём, коли нужно! Скорее только – работы много ещё!

* * *

Базар, как всегда, был шумен, многолюден; человеческий поток захватил, закружил их. Андрюс до сих пор не привык к такому: он недолюбливал толпу. А после ночного погрома на их дворе, толпа теперь навсегда была связана в его сознании с опасностью.

Он непроизвольно сунул руку в карман, где был спрятан перстень… Он так и не решился оставлять его дома, носил с собой. А ещё верный Тилус всегда сидел у него на руке или на плече. Никита сказал, что по-русски кота следует называть Тихоном; Андрюс не возражал. Кот, сильно возмужавший в последние месяцы, становился настоящим красавцем: с блестящей угольно-чёрной шерстью, яркими круглыми глазами, цвет которых менялся от тёмно-жёлтого до изумрудного. Тихон научился передвигаться бесшумно, умел быть незаметным, неподвижным, а коли надо было, атаковал стремительно и беспощадно; длинные, острые как кинжалы когти его были твёрже алмаза. И теперь уже Андрюс не опасался, что его кота дома кто-то обидит, а брал с собой больше по привычке.

* * *

Они прошли длинные базарные ряды: калашный, мясной, зеленной… По сторонам площади теснились различные лавки, палатки, стояло несколько кабаков. Почти везде двери были уже открыты, торговцы зазывали покупателей, расхваливали товары.

Андрюс не понимал, зачем они сюда пришли. Если Никите припасы какие в мастерскую закупить велено, так лесопильня с другой стороны площади осталась… Да притом товарищ зачем-то велел прихватить из мастерской несколько красивых игрушек, которые хозяин собирался выставить на продажу, как сам на ярмарке окажется.

Никита искал кого-то в толпе. У Андрюса от сутолоки, шума и различных запахов слегка кружилась голова. Он заметил, что Никита кивнулкому-то и показал глазами на него, Андрюса. Но кто это был, разглядеть не удалось.

– Эй, слышишь, куда это мы? – начал было он.

Никита резко остановился и дёрнул его за рукав.

– Сейчас молчи и делай, что велю! – яростно прошептал и полоснул Андрюса угрожающим взглядом.

Настолько неожиданно это было, что Андрюс стиснул перстень в кулаке – поверхность камня стала горячей, но не обжигала. Андрюс сосредоточился, пытаясь вслепую, не вынимая изумруда, уловить: не предупреждал ли тот о какой опасности? Нет, не вышло на ощупь, непонятно.

Между тем, навстречу им шествовало по виду знатное семейство, которое только что покинуло ювелирную лавку. Глава семьи был разодет в пух и прах: шитый золотом роскошный кафтан, поверх – длинная распахнутая шуба, шапка на меху. Супруга с двумя дочерьми кутались в меха да бархат.

Никита уверенно преградил им путь.

– А вот, панове, не хотите ли взглянуть, чудо какое? – затараторил он, подталкивая Андрюса локтем: тот послушно раскрыл холщовую сумку, вынул несколько красивых игрушек. – Вот медведь с мужиком дрова рубят, лисица охотится… Птица райская, как живая, только что без голосу! А вот и чудо лесное, хозяин, старик-лесовик!