Книга Фаворитка, страница 22 – Екатерина Оленева

— Откуда ты такая? Как не из нашего мира. Такая… честная.

Мара отвела глаза, пожимая плечами, поражённая его прозорливостью, о которой сам Фэйтон не догадывался.

— Я не знаю, что сказать? Разве что — мне пора? Не провожай.

— Я всё равнонайду тебя. Найду и догоню. От меня не спрячешься!

Скатившись со снопа сена, она помахала ему рукой:

— Договорились.

Яркий солнечный свет заливал улицы. Голова после бессонной ночи была лёгкой и совершенно пустой. Одновременно хотелось и петь, и плакать. Ну, разве не странно?

Принцы и циркачки не могут быть вместе. Никогда. Даже в волшебных сказках она про такое не читала.

Завтра всё забудется. И всё пойдёт своим чередом. Хотя так хотелось бы верить в нечто иное. Волшебное. В любовь с первого взгляда — принца к циркачке.

Душа Мары рвалась ввысь, устремляясь к бескрайней синеве небес, где белоснежные облака курились подобно дыму. Мир вдруг расцвёл яркими красками, а дыхание стало глубоким и свободным. Даже обыкновенная лужица теперь казалась божественным подарком небес. Но вслед за волнующей радостью пришла горькая грусть. Глубоко в сердце девушка ощущала всю безнадёжность своего положения: она бесконечно далека от небес и от великолепного дворца. Та единственная волшебная ночь, проведённая рядом с Фэйтоном, скорее всего, осталась лишь мимолётным воспоминанием, которая никогда не вернётся.

Впервые в своей жизни Мара познала истинную любовь. Прежде её увлечения были лёгкими и скоротечными, едва заметными вспышками эмоций. Сейчас же сердце сжималось от боли при каждом воспоминании о юноше. Каждая мелочь их короткого свидания бережно хранилась в памяти: мелодичный голос, сверкающие глаза, лёгкая, чарующая улыбка.

Она прокручивала в голове их краткий разговор, коря себя за робость и упущенную возможность назначить новую встречу. Ведь в Аларисе не существует социальных сетей и мобильных устройств — кто однажды исчезнет, тот исчезнет навсегда.

Проходили дни, и постепенно Мара начала сомневаться в реальности случившегося. Возможно, та чудесная встреча были лишь сном? Иллюзией, такой же хрупкой и недостижимой, как любой другой миг счастья.

Трудно было сконцентрироваться на привычных заботах. Мысль о невозможности увидеть Фэйтона вновь лишала красок окружающий мир, делая его блёклым и унылым, словно потускневший старый гобелен. Всё теряло смысл, погружаясь в беспросветную обыденность.

Оказывается, любовь, столь воспеваемая поэтами, способна приносить нестерпимую боль. Жизнь неумолимо катилась вперёд, оставаясь равнодушной к мукам человеческого сердца. Порой страдания становились настолько острыми, что хотелось закричать от отчаяния.

Вся жизнь не пройдёт в прыжках по крышам — рано или поздно сорвёшься.

Мара отчаянно пыталась отвлечься: тренировки на трапециях и брусьях, долгие прогулки в компании друзей и в одиночестве…Но ничто не могло исцелить её душу.

Тем временем город жил своей обычной суетливой жизнью. Столичные улицы бурлили днём и ночью. Толпы народа обеспечивали артистам нескончаемые возможности заработать.

Каждыйновый день начинался до восхода солнца. Пока горожане сладко спали, Мара вместе с коллегами готовили сценический реквизит и наряды. Некоторые члены труппы жили прямо в своих передвижных фургонах, но сама девушка предпочитала снимать небольшую комнатку в городской гостинице. После завтрака местным кофейным напитком и свежими булочками, она спешила на утреннею репетицию.